Шрифт:
– И ты здесь? – вместо приветствия спросил он.
– Здесь, – ответила Марина, – а что в этом необычного? Я всегда здесь гуляю. А тебе, насколько я знаю, с кровати вставать еще не разрешали.
– Ты что, думаешь, что я буду две недели в кровати валяться? – удивлённо спросил он.
– Тебе больно? – спросила Марина разглядывая его шрамы на голове.
– Нет блин, прикольно! Чо тупые вопросы-то задаёшь? – иногда Антон и правда напоминал ей ежа, колючего и вредного…
– Мне так плохо было, а ты ко мне даже не приходила, – сердито продолжил он.
– Ну, я же приходила один раз, – попыталась напомнить Марина, – помнишь, когда мы ещё с Любой вместе…
– Не помню! – перебил её Антон. – У меня амнезия, я ничего не помню!
– А потом мне Кристина запретила к тебе приходить, – тихо сказала Марина.
– Кристина… кто такая Кристина?
– Антош, хватит прикидываться, – попросила Марина, – сходи в свою группу, там тебе напомнят, кто такая Кристина…
– Да не прикидываюсь я! – ответил он, – я ж тебе говорю: у меня провалы в памяти, местами помню, а местами не помню…
Марина удивлённо посмотрела на него. С одной стороны, ей казалось, что он просто шутит, но с другой… У него ведь была черепно-мозговая травма, и врач предупреждал, что после операции он возможно не будет никого узнавать…
– А то, что мы встречались, помнишь? – спросила она.
– Мы с тобой встречались? – попытались изобразить удивление Антон. – Ты что, была моей девушкой?
Тут Марина окончательно поняла, что он её обманывает, но решила подыграть.
– Да мы встречались, – с невозмутимым видом сообщила она, – ты меня любил, а я тебя – нет. Я кидала тебя постоянно, издевалась, а ты плакал, в любви мне признавался, а потом… ты мне надоел и я тебя бросила, вот ты в окно и выпрыгнул..
– Чо ты врёшь-то! – не выдержал Антон. – А кто по мне тут слёзы лил?
– Ах, вспомнил! – изобразила восторг Марина. – Какое счастье, что память к тебе вернулась! Ну всё, я пошла домой.
– Подожди! – крикнул Антон и схватил её за руку. – Ты из-за Кристинки, да? Ты её боишься?
– Ну, вообще-то да… Она мне ноги обещала сломать, а мои ноги мне ещё пригодятся!
– Марин, я с ней поговорю, я тебе обещаю!
– О чём?
– Неважно… Но она больше не подойдёт к тебе!
– И что дальше?
– Ты мне нужна, вот что дальше… я с тобой хочу быть! – сказал он и развернул её к себе лицом.
Марина стояла опустив голову, и боялась даже взглянуть на него.
– Да целуй ты её уже! – вдруг послышалось с гаражей.
Мальчишки притаились на гаражах, и с улыбками до ушей, наблюдали за происходящим.
– Чеснок, я те сейчас челюсть сломаю! – заорал Антон, – свалите отсюда! Достали, блин… хватит подглядывать!
– Ладно-ладно, целуйтесь сколько хотите! Мы не смотрим! – закричали мальчишки со смехом.
Очень скоро ночь окутала город, но для некоторых жизнь только начиналась. Летом все интернатские дети гуляли допоздна, иногда даже появляясь на пороге своего "дома" только под утро.
Марина и Антон, взявшись за руки, шли по ярко освещённой улице и вдыхали запах ночи. Кругом кипела жизнь. Молодёжь, да и люди постарше веселились в многочисленных летних ресторанах, в воздухе носился восхитительный аромат шашлыков. Всюду мелькали дорогие машины, ослепляя светом фар, и очень громко играла музыка.
Марина с завистью смотрела, как хорошо одетые девчонки, немного лишь постарше её, танцевали беззаботно и весело, не задумываясь ни о чем… А Антон наблюдал, как красиво блестят дорогие иномарки.
Народа вокруг было полно, но именно в такие моменты дети чувствовали себя особенно одинокими и никому не нужными. Погуляв немного по ярко освещённой улице, они свернули в темный скверик, чтобы немного отдохнуть от громкой музыки и шума. Они с интересом смотрели на окна домов, которые были ярко освещены теплым «домашним» светом. За каждым таким окном текла жизнь – другая жизнь.