Дверь распахнулась, и в палату вошел врач. Он хотел проверить состояние пациента. Макдермотт кивнул Столетти. Они еще не закончили, но не мешало бы сделать перерыв.

В коридоре Столетти начала нарезать круги — явный признак полной погруженности в раздумья. Обычно она должна была пройти два-три круга, прежде чем принять важное решение.

— Возможно, предположение о беременности Кэсси не такое уж и беспочвенное, — проговорил Макдермотт. — Похоже, у Кэсси был неприятный разговор с отцом ее ребенка.

Столетти остановилась.

— Преступник вел себя с Митчемом точно так же, как с Фредом Чианчио и Эвелин Пенри. Поверхностные раны. Только ситуация сложилась иначе.

— Мы думали, он пытал их ради удовольствия, но ошибались, — согласился Макдермотт.

Она кивнула:

— Он допрашивал их. Хотел выяснить, что им известно.

— Он не был подражателем, Рики. — Макдермотт поднял голову и посмотрел в потолок. — Это лишь прикрытие.

Дрожащими руками Лео прижал фотографию к зеркалу в ванной отеля. Он успокоился с помощью дыхательной гимнастики, которой научил его доктор Поллард, потом выпрямился и попытался улыбнуться, глядя на фотографию. Он должен сохранять спокойствие ради нее.

Это была копия с фотографии из школьного альбома. Она смотрела куда-то в сторону, сильно откинув голову назад. На ней была простая кофточка с V-образным вырезом и цепочка с подвеской-амулетом, волосы коротко подстрижены и едва доходили до плеч, а улыбка казалась просто ангельской.

«Ты такая хорошенькая».

В его воображении разговор продолжился:

«— Нет, это неправда.

— Правда. Честное слово, ты очень хорошенькая. И я не хочу, чтобы ты переживала. Я обо всем позабочусь. Они хотят рассказать кое-что о тебе, но я им помешаю. Никто ничего не узнает.

— Но Брэндон жив.

— Знаю, любимая. Но теперь у меня есть план, моя красавица.

Он провел пальцем по ее лицу. Очень красивая. Очень красивая.

— Я люблю тебя, Лео.

— И я люблю тебя, Кассандра.

— Если ты любишь меня, расскажи про свой план.

— Тсс… Прошу тебя, не волнуйся.

Лео приблизил лицо к фотографии и коснулся губами ее лба.

— Теперь я должен идти, но скоро вернусь».

Настало время для второго раунда беседы с Брэндоном Митчемом. Успокоительное действовало, и он выглядел более умиротворенным. Когда Столетти и Макдермотт вошли к нему в палату, он кусал нижнюю губу.

Макдермотт понял, что Райли прав. На этот раз убийца проявил неряшливость. Он отступил от плана. Вероятно, именно он забрал компьютер Эвелин Пенри, поэтому полиции и не удалось найти его. Он прочитал все, что Эвелин писала в своем журналистском расследовании. Он нашел имя Брэндона Митчема и пришел к нему, но пришлось действовать очень быстро: со времени убийства Эвелин Пенри прошел всего один день, и он не успел хорошо изучить новое место преступления. Убийца не знал, что кодовый замок на двери в подъезд Брэндона сломан. Скорее всего он не смог проникнуть в квартиру Брэндона и устроить засаду, как в двух предыдущих случаях.

Но этот человек хорошо справляется с поставленной перед собой задачей. Он умеет подчинить себе людей и знает, как постоять за себя.

Эвелин выбрала правильный путь, и теперь убийца двигался той же дорогой, пытаясь расчистить ее от ненужных свидетелей. Эвелин говорила с Чианчио, и он погиб. Эвелин встречалась с Брэндоном, и он должен был стать следующим. Ему также было известно, что Эвелин посещала профессора Олбани, поэтому Макдермотт уже позвонил в участок и попросил выслать патрульную машину к дому профессора.

Столетти начала первой:

— Эвелин Пенри говорила вам о том, что собирается предпринять?

— Думаю, она хотела написать о Терри Бургосе, — ответил Брэндон. Теперь его голос стал хриплым и бесстрастным. Он устал. — Хотела совершить очередное разоблачение.

— Разоблачение, — проговорил Макдермотт, снова вступая в беседу. — Она собиралась разоблачить того, кто оказался в этом замешан?

Брэндон дотронулся до забинтованного лица.

— Понимаете, Эвелин была репортером, поэтому… старалась не распространяться на этот счет. Она не говорила, о чем именно собирается написать. Но была встревожена. Кажется, она считала, что на самом деле мы еще многого не знаем об убийствах Бургоса. Особенно ее интересовали Кэсси, Элли и Гвен. Похоже, она очень хотела узнать больше о них.

— И вы ей все рассказали?

Брэндон посмотрел в потолок.

— Вы же знаете, Мэнсбери позиционирует себя как элитный художественный колледж. Думаю, так оно и есть. А если ты учишься в элитной школе, у тебя должно быть много денег. Хороший капиталец. Я сам из простой семьи, а вот Кэсси и Элли… У них были деньги. Ну, про Кэсси вы знаете… а родители Элли, кажется, владели крупным сталелитейным заводом в Южной Африке.

— То есть они были ровней друг другу? — подсказал Макдермотт.