Признание заставило улыбнуться. Вот только, если мне не изменяет память, шарфик я у него забыла больше месяца назад.

– Фим, я хотела спросить, - замялась я, отвела взгляд от его серых глаз, посмотрела на широкие мужские плечи, вот только их созерцание не прибавило ясности мыслям, - если я тебе нравлюсь, почему раньше не сказал?

– Потому что идиот?
– хмыкнул Ефим, потом вздохнул, - Ждал, когда наваждение пройдет? Ждал, когда ты окончательно разочаруешься в грубом соседе и перестанешь приходить на чай?

– И как? Прошло?
– спросила я и коснулась виска Ефима пальцами, смахивая каплю воды.

– Какой там, - выдохнул парень.

– А по поводу разочарований - в этом ты преуспел, - рассмеялась я, - особенно вчера. Скажу честно, если бы не Ник, я бы не вернулась тогда в зал.

– Если бы не был уверен, что он любит Аську, - проворчал Фима хмуро, - я бы поверил, что он решил ухаживать за тобой. Заставлять ревновать он умеет.

– Значит, ты ревновал?
– улыбалась я.

– Еще как, - казалось, будто каждое слово Фима вытягивал из себя клещами, - особенно, когда ты оказалась среди качков. Каждому хотел настучать по физиономии, несмотря на то, что всех их знаю давно и с половиной дружу.

– Ты сам меня туда привел, - напомнила я, лукаво улыбаясь.

– Сам, - вздохнул Ефим, - просто твоя просьба меня выбила из колеи. Вот прикинь, приходит любимая девушка и просит подыскать ей мужика на роль ее парня, чтобы с намерениями и серьезного, а не какого-то там грубого дурня с жутким характером. Вот я и разозлился малость.

– Повтори еще раз, - попросила я тихо, из всех слов, сказанных Фимой, в памяти задержалось только сочетание 'любимая девушка'. И очень хотелось убедиться, что я не ослушалась, или не выдала желаемое за действительное.

– С какого момента?
– улыбнулся Фима, - Про дурня с жутким характером?

– Нет, - улыбнулась я, просто невозможно сохранять невозмутимость на лице, когда любимый парень улыбается, - а тебе не пришло в голову, что я явилась именно к тебе, потому что хотела видеть именно тебя в роли своего парня? Так я дождусь повторения твоих слов?

Ефим перестал улыбаться, усевшись пятой точкой на ковер, обнял меня за талию руками. А подбородок положил на мои колени. И взгляд такой неуверенный и в то же время ласковый.

– Про любимую девушку?
– уточнил Фима.

– Угу, - кивнула я и улыбнулась.

– Это мое слово, - усмехнулся Ефим.

– Не спрыгивай с темы!
– потребовала я, - Ты меня любишь?

Фима молчал, глядя на меня своими серыми загадочными глазами. А я теряла терпение.

– Малыш, если бы я тебя не любил, стал бы помогать?
– наконец, выдал парень.

– Ну, мы ведь друзья, кажется, - предположила я, - откуда мне знать, может быть, это твое тайное хобби, приводить бездомных девушек к себе.

– Угу, - хмыкнул Фима. И ни с того, ни с сего, чуть сдвинув подол моего платья с коленки, прижался к ней губами.

– Фим, - не улыбаясь, прошептала я, глядя на его макушку. Подняла руку, неуверенно провела ею по затылку Фимки. Парень, не переставая целовать меня, взглянул в мои глаза вопросительно, - А я тебя люблю.

И все просто. Никаких витиеватых признаний, клятв в любви до гроба. Мой Фимка просто выпрямился, серьезно посмотрел на меня. Обхватил ладонями лицо. Нежно так, но твердо.

– И я тебя, Фимка, - хмуро произнес он.

Все четко и просто, без заморочек. Но в это самое мгновение я знала твердо, он мой. Этот парень, мужчина, он для меня. И всегда так будет. Знала, с ним мне придется трудно, и ругаться будем, и скандалить. Вернее, скандалить буду я, а Фима упрямо молчать. Но он ведь любит меня, а я его. Это главное. Сама потянулась к его губам, сама поцеловала. И уже в следующее мгновение я лежала, придавленная мужским телом к постели. И было уютно, приятно, комфортно и немного щекотно. Фимка навис сверху, удерживая вес своего тела на руках. А я совсем обнаглела и, немного поведя бедрами, раздвинула ноги, позволяя парню разместиться ближе.