Лас покрутил головой:

— Да, невелик выбор. Откровенно говоря, я ожидал большего.

— Горшок, — с придыханием произнесла демонесса, призвав себе на помощь всю мощь женского обаяния и сексуальности.

Как ни старались демоны не обидеть ранимого принца, но тут уже расхохотались почти все, даже Таамир. Лишь Андерс скрестил руки на груди, угрюмо глядя на сына исподлобья. Лас озадаченно посмотрел на вызывающе торчащий мизинец герцога, помял его в раздумье. Санти честно силился сохранить невозмутимое выражение лица, но в его глазах бойко прыгали неугомонные смешинки.

— А пеленки у тебя уже кончились? — вежливо спросил принц, вопросительно оглядел полуобнаженную Эджен и старательно загнул оставшийся палец.

Его Светлость уткнулся лбом в образовавшийся кулак и, всхлипывая, съехал на плечо друга. Найири прикрыл улыбку ладонью и переглянулся со смеющимся Рашидом. Эдингер, облокотившись на стул Таамира, усмехался, постукивая себя костяшками пальцев по губам. Шон показал брату большой палец и повернулся к Маярту, заслонившемуся бокалом с вином. Шали хмыкнул, выкрутился, паршивец!

Тоньес притянул к себе надувшуюся жену и поцеловал ее в висок, стараясь не рассмеяться. Только Повелители Ин Чу и Йёвалли не торопились присоединиться к общему веселью. Таамир понял, что никогда не видел, как заразительно и открыто умеет смеяться ашурт. "Что же я делал не так? — подумал дракон и сам себе ответил, — Да все! Надо было все сделать по-другому". Но как, он понятия не имел.

Андерс раздраженно стиснул зубы. Чему Сантилли учит ребенка? Где его воспитанная девочка? Во что этот ашурт превратил дочь? В малолетнего оболтуса и шалопая? С герцогом, да и с Найири придется очень серьезно поговорить и вернуть Лауру в отчий дом. Князь не собирался терпеть выходки нахального мальчишки. Сэмюель, ничего не понявший, неуверенно оглядел всех и остановил взгляд на Эдингере, но увлеченный происходящим дракон этого не заметил.

— Ну… ты… змей, — только и смогла вымолвить Эджен, — я от тебя такого не ожидала. Берегись, Твое Высочество, месть моя будет страшна!

— Закидаешь сосками? — притворно ужаснулся принц.

— Нет, — с сожалением произнесла Эджен, — Жаль, но тебе это вреда не принесет. А вот когда ты будешь собираться на праздничный прием или бал, а у тебя не будет подходящего платья… — многозначительно протянула она.

— Не дашь? — обиделся Лас.

Демонесса отрицательно помотала головой, отчего по волосам пробежали яркие отблески света.

— Ну и не надо, — легкомысленно отмахнулся принц, — значит, мне не придется туда идти и строить из себя воспитанную девицу, а тебе — брать с собой воз подгузников и… горшков, — он постарался скопировать интонацию Эджен.

В исполнении принца это вышло несколько неуклюже, но так получилось даже лучше. Великосветская компания получила еще одну возможность расхохотаться от души. Демонесса оттаяла и улыбнулась начинающему хулигану.

Сэмюель жадно прислушивался к шутливым репликам, переводя глаза с одного гостя на другого, и случайно встретился взглядом с Маяртом, сидящим напротив него. Тот весело подмигнул ему и открыто улыбнулся, кивнув на нетронутую тарелку.

Мальчик неуверенно взял маленькую ложечку с длинной ручкой и осторожно попробовал пирожное. Оно оказалось необычайно вкусным, и паж понял, что очень голоден. Эдингер, не сводящий глаз с мальчика, толкнул под столом ногой своего суверена, и, когда тот недовольно покосился на него, показал глазами на вернувшегося.

Таамир никогда никого не потчевал, не накладывал еду в чужие тарелки, не уговаривал скушать еще кусочек за папу, маму или себя любимого, не ухаживал ни за кем никогда за столом. Да он вообще никогда ни за кем не ухаживал. Ни за девушками в молодости, ни, тем более, потом за теми, кто грел ему постель. Много чести для них.

Даже когда Эдингер лежал в беспамятстве, Повелитель просто проводил время у его кровати. И теперь Таамир растерялся, не зная, что и как делать. "Дьявол!", — критично оценил он ситуацию и вопросительно посмотрел на советника. "Действуй", — просигналил тот бровями. Найири и Рашид, не сговариваясь, переглянулись и по возможности незаметно принялись наблюдать за Ин Чу. Когда еще такое увидишь?

Дракон немного помялся, почесал в раздумье нос и, решив, что лиха беда начало, наклонился к увлеченному сладким Сэмюелю:

— Может, ты хочешь что-нибудь посущественнее пирожного?

Эдингер с досадой поглядел в потолок. Паж сжался и застыл, растерянно закусив губу, не зная, что делать и отвечать. Советник ободряюще кивнул ему и показал глазами на блюда с закусками. "Может, Повелитель сам выберет?", — спросил он Таамира.

Пока Его Величество осваивал новую для него роль заботливого опекуна, на другом конце стола созрел фрукт под названием месть.

— Тилли, я все хотела спросить, — Эджен чарующе улыбнулась, и брат мигом насторожился, — а почему у вас нижнее белье какое-то невзрачное?