Принц серьезно кивнул.

— Ты обещал что-то сказать, — напомнил Санти, стремясь поскорее отвлечь друга от неприятных воспоминаний.

Найири встал, снова похлопал принца уже по плечу.

— Симпатичная из вас получилась парочка. Великолепная, — с усмешкой произнес он.

Демоны одинаково исподлобья посмотрели на него, ожидая продолжения.

Сейчас им будет, о чем поговорить и над чем поразмыслить. Не останется времени думать о событиях почти тридцатилетней давности. А мы пока займемся Андерсом. Из его сбивчивых объяснений, мало, что удалось понять. Прольем ему свет на дела Наргизе. Расплодил бастардов, теперь пусть расхлебывает. Придется другу пересмотреть некоторые взгляды на воспитание детей и отношение к ним.

— Вы просто созданы друг для друга, — Найири сделал паузу, чтобы насладиться недоумением, в равной мере отразившемся на лицах молодежи, и закончил, — Один демон страсти, другой — соблазна.

Развернулся и пошел к двери. Лас и Санти остались сидеть с открытыми ртами.

— Ты знал и молчал?! — герцог пришел в себя первым, — Это нечестно!

— Спокойной ночи…демоны, — пожелал им Найири и закрыл дверь.

— Кто я? — озадаченно спросил Ласайента у друга.

— Ну не ангел, это точно! — Санти и сам был удивлен.

Он встряхнул головой, приводя в порядок мысли, потом облокотился на спинку дивана и задумчиво постучат себя по губам пальцем, оглядел друга с ног до головы. Да, жизнь полна сюрпризов.

— Пошли отмываться что ли. А там, может, и соблазнишь меня, — протянул он, подперев щеку кулаком.

— Сейчас, разбежался, жди, — принц надул губы.

Демон соблазна, да, конечно, почему самое гадкое достается всегда ему? Соблазнять больше подходит Сантилли, но уж никак не замкнутому йёвалли. И что теперь с этим делать?

— Капризничаем? — ехидно спросил герцог, подергав его за прядь русых волос.

— Да, — мужественно сознался принц и попытался освободить локон, наклонив голову в сторону.

Да, так его и отпустили. Принц досадливо поморщился.

— И ждет тебя стр-рашное наказание, — Сантилли погрозил другу пальцем и вдруг набросился на него, повалил его на диван и стал щекотать.

Щекотки Лас боялся дико. Он, лежа, отбивался и хохотал, но сидящий сбоку и чудом не падающий на пол, палач был неумолим, намереваясь довести дело до конца, вернее, кончины жертвы.

— Сан, я больше не могу! — сквозь смех, прокричал принц, — Сдаюсь. Все!

— Все? Все сделаешь или все, умираешь? — уточнил герцог, приостанавливая смертную казнь и сдувая с лица выбившуюся прядь волос. Он посильнее уперся ногами в пол, справедливо ожидая, что его сейчас все-таки скинут, воспользовавшись заминкой.

— Все сделаю или умру, только перестань, — Лас выставил вперед ладони, тоже опасаясь подвоха.

Герцог повозился на диване, устраиваясь, томно прикрыл глаза и преувеличенно волнующе выдохнул:

— Начинай, я готов.

— Умираю, — начал йёвалли, и закатил глаза, изображая предсмертную агонию, и тут же зашелся в смехе: герцог с криком «Ах так!» прошелся по ребрам друга, заставив его выгнуться дугой.

— Я умер! — принц попытался стряхнуть друга на пол, пихая его руками и ногами и одновременно пытаясь увернуться или хоть как-то защититься.

— Для мертвеца ты неплохо шевелишься, — герцог устал и упал на Ласа, вытянув руки. Тот тут же с наслаждением опустил ноги (они свесились с валика дивана) и поболтал ими в воздухе.

— А демон соблазна из тебя никакой. Это точно. Можешь мне поверить, — герцог повертел рукой в воздухе, снова бессильно уронил ее и тут же вспомнил, как Лас смотрел на Таамира во время памятной встречи. Знатная вышла потеха. А тогда, в гостинице?

«Я — идиот, — сделал он логический вывод, — Такое не заметить».

— Угу, большой опыт не дает ошибиться, да? — принцу тут же стало обидно, почему это никакой? — Ты в меня не веришь? — он попрыгал на диване вместе с ашуртом, навалившимся на него.

Санти, не ожидавший такой подлости, чуть не съехал на пол, едва успев упереться в него ногами. Он пошарил рукой по ковру, нашел упавшую в пылу борьбы подушку, и, не поднимаясь, прихлопнул ею друга. Лас тут же подсунул ее себе под голову.

Страшная ночь, если и не забылась, то отодвинулась далеко, воспоминания потускнели и уже казались не такими пугающими, заслоненные неожиданной новостью.

— Санти, расскажи, как вы меня нашли, — внезапно попросил Лас, никогда этим не интересовавшийся.