Город казался огромным, и будь у меня куча времени с удовольствием побродил бы по его извилистым улочкам, поболтал бы с игроками и неписями.

Мне пришлось бы изрядно попотеть, реши я искать соратников в реале в таком громадном городе. Но благо мир был цифровой, а у меня имелась карта, где всегда отмечалось местонахождение моих дружинников.

К моей радости, все они отыскались довольно скоро и все вместе были в одном месте. Немного посмеявшись надо мною и недовольные, что я отвлек их от радости вольной жизни в большом городе, они шустро оделись и последовали за мною.

Быстро проинструктировал отряд и бойцы, разбившись на привычные тройки, отправились искать моих давешних приятелей. Ничего отдохнуть всегда успеют. А тренировка отлаженных действий в городских условиях пойдет им только на пользу.

К моему удивлению и радости данные лица снова в количестве двух человек нашлись на соседней улочке, с той, на которой меня положили.

То ли у них, у курсносых, маршрут один, то ли жадность фраеров сгубила, но прицельная стрельба из арбалетов и выпущенные дротики здоровья им не прибавили.

А я стал немножко богаче. Что с агра взято, то свято. Правда, у этих только трудовой день начался. Я облачился в свои ставшие родными вещички. Барахло выпавшее с них, отдал на продажу Рексису, и, отблагодарив ребят премиальными тепло с ними попрощался, обещав больше не дергать, и уже по центральным улицам отправился к библиотеке.

Получив пару гневных писем, что меня найдут и порвут, заблокировал этих оглоедов. Эх-ма, кутерьма! К чему? На что я мебель распродал?? Мда, чудила… Ничего, перестановку сделаю. Старая уже приелась, а здесь я неплохие образчики видел.

Может даже кресло качалку закажу, всегда о таком мечтал и камин в комнате поставлю.

Солнце стояло в зените. Безжалостно паля мою многострадальную лысину. Надо озадачиться и панамку купить. А то прикид у меня явно не по местной погоде. В городе было пыльно и душно, пот начинал катиться рекой. Хоть снимай исподнее и выжимай.

Одурманенной жарой я не заметил как добрался до здания архива. Оно представляло собою невысокое, всего в два этажа строение мышиного цвета. Фасад был испещрен трещинами и грозил рухнуть, не сегодня так завтра. Да, местные власти никакого уважения к старым бумагам не выказывают.

Ну что ж, посмотрим, что нас ждет внутри. Я нырнул в темную прохладу холла, там обнаружилась довольно просторная приемная, справа шла одна лестница наверх, а слева другая уходила вниз.

За конторкой у входа скрывался молодой человек, в серо-синей рясе, чем-то похожей на монашескую, весьма великоватую, с заляпанными чернилами рукавами, разводы так же украшали и его пальцы. Близорукий прищур серых глаз выжидательно сканировал меня сквозь толщу очков, а пробившийся пушок усиков смешно при этом топорщился.

— Чего изволите? — от неожиданно низко прозвучавшего голоса я вздрогнул.

— Мне бы мастера Рестена найти? Не подскажите, как это сделать?

Вежливость, как говорится, главное оружие вора, и я всегда старался придерживаться этого.

— Как хорошему человеку не подсказать, как есть подскажу. На первом городском он, как зайдете через восточный вход, так в третьем ряду пятым и будет.

— Первом городском?

— Ну да, на кладбище, стар стал и немощен, представился он, намедни как схоронили.

— Стар стал да не мощен. — снова и снова я перебирал в голове эту мысль, а передо мною ярко сияли слова обновившегося задания.

В подтверждение сказанного, сверху справа появился и начал неумолимо убывать таймер, в виде песочных часов.

Чертова игра! Предупреждать надо, что задание на время! Как так-то!? Ключевой НПС по заданию взял и представился. Алинор продолжал удивлять.

— А его одного похоронили? Книги с ним не было? Преемника он не оставил? Где его вещи личные? Где жил он?

Вопросы так и сыпались из меня, я в порыве даже схватил за грудки привратника и стал его трясти, его голова забавно раскачивалась, но мне было не до смеха

— Ах, хм, эээ, отпустите! — просипело недоразумение, промямлив — Я же вас не знаю? Кто вы? Откуда?

Чертов проныра, бить его не хотелось, платить золотом тоже. Стоп, знаю, я подход к его тонкой душевной натуре, авось и сэкономить выйдет.