— Аумух!

— Туалет в здании платный! Десять золотых! Бумага отдельно!

— Жди здесь негодник!

Стремительно выскочил на улицу и, вздымая клубы пыли устремился в соседний проулок. Еще когда я шел сюда, внимание привлекла одна примечательная вывеска.

Я вломился в дом, на котором была нарисована смазливая феечка, фривольно обнимающая ельфийку и обратился, к поднявшийся с дивана, не молодой, но все еще привлекательной местной мамочке. Женщине в темно-синем обтягивающем платье из неизвестной мне материи.

— Чего желает, молодой господин? — мягким, грудным голосом произнесла она и облизала свои губы.

— Я сам ничего не хочу, но у меня есть молодой, жутко симпатичный и скромный товарищ, которому необходимо скрасить досуг.

— Так же где этот затейник? — проворковала красавица.

— Он не смог прийти, он тут в архиве, неподалеку.

— Ах, так это Теобалду? Неужто накопил деньжат? Я смогу вам помочь, есть у нас одна искусница, которая ему не безразлична. Частенько заглядывает, посмотрит, слюни пустит и уходит.

— Ярина! Марш сюда! — было брошено куда-то внутрь холла.

По полу прошлепали босые ноги, и я, к своему изумлению, увидел мохноногую и весьма упитанную хобитшу.

— Вот, пойдешь с господином к Теобалду и смотри там у меня!

— С вас пять золотых! — продолжила она.

Я молча рассчитался, удивленный вкусами Теобалду. Может и не зря в Эроде хобитты дороже шли. Надо на досуге заценить. Следя за таймером, поманил молчащую Ярину за собою и заспешил скорее к архиву.

Теобалд обнаружился на своем прежнем месте. Увидев с кем я, он пустил шептуна, затем ниточку слюны, кинул мне витиеватый ключ, крикнув:

— Его комната под лестницей, преемника не назначили, все вещи там!

И схватив, все еще молчащую Ярину, потащил ее куда-то вглубь здания. Немая она что ли?

— Чудны алгоритмы игровые. Так посмотрим что тут у нас.

Дверь открылась неожиданно легко, издав еле слышимый скрип. В комнате явно проживал педант, тихо жил и тихо умер. В шкафу висело три пары одинаковых ряс, не новых, но очень опрятных, снизу столько же пар обуви. На небольшом прикроватном столике обнаружились очиненные гусиные перья, мешочек с песком и листы пергамента. Над кроватью на полке располагалась небольшая коллекция книг.

Так, что тут у нас: «Преобладание альянсов малодремлющих», «Ваш кабан. Уход и дрессировка», «Слово и сталь по разные стороны», «Шаманизм и как с ним бороться», «Игра как возможность продолжения жизни», «От шахтера до бойца. История одного энана». Как не странно в коллекции преимущественно были художественные книги и справочники, между которыми практически затерялась тонкая брошюра, всего в пару листов, то, что нужно — «Повесть давних лет».

В инвентаре приятно звякнули монетки. Сообщение о получении следующего задания не выскочило, так прочтем рукопись.

Книга, в моих руках распалась. Перед глазами стал проявляться золотой вязью, стилизованный под руническое письмо текст, из которого выходило, что молодой Йорин был младшим братом одного из ярлов. И жил в те времена, когда еще никто не знал ни о каких войнах Раскола. В юности он много странствовал как бард, исполняя повсюду свои песни, учась этому искусству у одних и уча других.

Не будучи наследником, он не проявлял особой страсти к политике, но природные лидерские качества отличали его, кроме того во время странствий ему приходилось частенько принимать участие во множестве уличных стычек, битв и сражений и постепенно вокруг него сложился небольшой отряд столь же безбашенных бродяг и воинов. Так же он был знаменит вспышками ярости и тем, что в тяжелое время не стеснялся попросить милостыню.

Во время странствий, его семья была умерщвлена, почему, как и каким образом это произошло, книга умалчивала. На Йорина началась охота, он был ранен, но успел сбежать. Затем, по одиночке, выследив и истребив своих врагов, сплотил Север и подчинил своей воле интезов, тогда еще просто глав кланов. Будучи бездетным на склоне лет он передал власть своему двоюродному брату, а сам отправился странствовать.

Легенды гласили, что он обогнул весь Игирит и даже достиг легендарного Эрзана, второго континента Алинора. Так же отмечалось в книге, что ему приписывалось множество подвигов во благо Севера.

Принять, куда же мне деваться.