– Я не понимаю?

– Вы должны туда вернуться.

– Но я не хочу возвращаться.

– Почему?

– Есть такая народная мудрость, - Лина вздохнула - Никогда не возвращайтесь туда, где вам было хорошо.

– Что, к вашей ситуации, совсем неприменимо. Рискну предположить - вы просто боитесь, потерять последний идеализированный уголок детства.

– Допустим. И что из этого?

– Когда-то я тоже боялся - но смог сделать шаги назад. Ничего, живу. Даже писателем стал. Читаю теперь свои творения драконам, водопадам и облакам, - он усмехнулся.
– Правда, то Я, не Вы.

– А может, другие тропинки?

– Другие тропинки будут, если вам не поможет Хрустальное.

– Допустим. И что мне делать, когда я туда вернусь?

– Сами всё поймёте, - Ленард прорылся в кармане, и протянул девушке визитку - А вот если вернётесь оттуда, такой же, как уезжали, - позвоните. Тогда испробуем мой способ.

Мне часто снится Хрустальное. Н аш просторный дом, со множеством больших и светлых комнат. Огромный сад вокруг, разбитый ещё много лет назад. Спрятанная в глубине деревянная беседка, затянутая диким виноградом.

Мне снится баба Лена . Худая , невысокая старушка в платочке, и с вечным котом, путающимся в ногах. Он а очень любит кошек. В доме их было целых шесть , все разного цвета. Не помню имена всех , но моего любимца кота, звали Кардинал. Этот наглый серый зверь, всегда приходил спа ть только ко мне , умудряясь проникать в спальню сквозь надёжно закрытые двери и окна.

Мне снится дед Г р игор ий. Его удивительно ясные, молодые глаза и густая белая борода. Дед прошел почти всю войну. Он воевал под Сталинградом, и сумел выжить в этом адском котле. Правда получил сильную рану, и был комиссован.

Мне снится д ядя Лёня , б рат отца. Когда-то он работал на севере, но потом п ере ехал жить в Хрустальное . Дядя Лёна работал в местной газете, а в свободное время, писал книгу, " о г ромный роман " о людях и богах " . Он зачитывал мне отрывки, но я ничего не поняла.

Мне снится... всего лишь снится.

И я бы дорого отдала, чтобы, хоть на минуту, вернуться в эти сны.

***

До нужного вокзала Лина добралась без приключений. Расплатилась с таксистом, и сразу же направилась внутрь невзрачного на вид здания.

Очереди у кассы, что удивительно, не было.

– Мне один билет до Чистова. На сегодня.

– До Чистова?
– кассирша оторвала равнодушный взгляд от компьютера и посмотрела на девушку с неподдельным интересом.
– Поезд туда только один. Уходит ровно в полночь.

– Я знаю.

– Отлично, - она защёлкала по клавиатуре - Есть только купе. Зато и нижние и верхние.

– Давайте нижнее.

Получив билет, девушка спрятала его в сумку и побрела прочь.

Зал ожидания здесь представлял собой небольшое помещение, перечеркнутое тремя рядами кресел. Сейчас он почти пустовал - только в левом углу тихо переговаривались двое нетрезвых кавказцев. На Лину, впрочем, они никакого обратили внимания.

Девушка устроилась около окна, и посмотрела на часы. Было только десять вечера - до поезда оставалось ещё много времени.

Лина, откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

"Что я делаю?
– подумала она - "Беру и отсекаю последнею верёвку, которая держит в этой жизни. Ведь в Хрустальном, наверняка всё уже совершенно по-другому. Может быть, даже дома нашего нет. Двенадцать лет прошло - если старики живы, почему не дают о себе знать. Вот дядя Лёня может ещё там. Спился, так и не написав свою книгу. Так ведь обычно в жизни бывает..."

И сама не заметила, как задремала.

Этот сон был пугающе реальным.

Она шла по узкому, в шаг шириной, тоннелю , стены которого были гиган т скими зеркалами. Отражая друг друга, они образовывали бесконечный зеркальный коридор, освященный идущим из неоткуда светом, и множ или девушк у , повторяющей каждое движение, толпой двойников.