08.50. Костя вошёл в подъезд дома, где жила Света и, складывая зонтик продрогшими руками, вдруг ощутил пустоту: её здесь нет.

09.00.

– ... Какого это было числа...не помнишь, Сергей?

– Ну, дня через три после того, как она вот к Косте съездила...

– Да... И позавчера она должна была уволиться. Приходит домой и говорит - а я в тот день раньше её вернулся - "Я, папа, увольняюсь, но шеф попросил неделю поработать, чтобы найти замену".

– И мне сказала, что недельку потерпит, не бросит фирму...

– "Недельку"... Мам, успокойся... Нельзя паниковать.

Василий Петрович подошёл к своей матери, которая тихо сидела в углу

371

комнаты, в кресле, и без конца вытирала слёзы.

– Да ты знаешь, Костя, она все дни после поездки к тебе приходила с работы расстроенная, - продолжил за отца Сергей.
– Такой я её никогда не видел, потому что всегда всё в себе держала: её плохо, а всё равно улыбается... Кстати, на следующий день, после того как вернулась, она сказала мне: "Надо же, шеф откуда-то узнал, что я на праздники ездила к его однокласснику".

– Жадов - узнал?

– Так и сказала.

– Это плохо.

– Вася, Костя, миленькие, найдите Светочку!
– воскликнула бабушка и сильнее заплакала.
– Костя...она так тебя любит... Каждый день-то про тебя всё разговаривает со мной... Найдёшь, лучшей жены тебе и не надо. Светочка у нас замечательная... А ты не сомневайся: она о вашей свадьбе уже всё решила...

– Это правда, - подтвердил Василий Петрович, снова давая матери воду.
– Не знаю, как вы там говорили между собой... Да теперь уже и не до тайн... Но Света сказала: "Собиралась уехать в середине июня, а потом вызвать вас на регистрацию, но теперь, раз увольняюсь раньше, сразу и уеду. Помогу Косте садить огород.

– Она даже книжки садоводческие купила, - прибавил Сергей.

– Поэтому и письма не написала...

– Тебе?.. Как же, написала... Я ещё что-то пошутил о любовном послании, а она сказала, что не дорос до таких дел... Это было неделю назад, как собралась увольняться.

– Странно... Я даже на почту ходил. Ладно... Значит, позавчера, тринадцатого, она не вернулась с работы. Милиция знает уже больше суток.

– Да, я позвонил в два часа ночи. А утром написал заявление. Сейчас вместе можем сходить.

– Жадов сказал, что работу она покинула как обычно и никаких дополнительных поручений он ей не давал?

372

– Он мне сказал: "Она подала заявление на увольнение и не хочет даже отработать. Но тридцать третью не имею права давать, поэтому как появится, пусть придёт за расчётом". А насчёт пятницы - да, мол, ушла на десять минут раньше обычного... Я ему: "Вы знаете, где она, вы её преследовали". А он: "Да пошёл ты..." Тут из его друзей или телохранителей один подскочил и говорит мне: "Смотри, папаша, сам исчезнешь. А девка твоя, небось, с каким-нибудь иностранцем загуляла: по-английски шпрехает". Сволочи!.. Мать, иди к себе. Вторую ночь не спишь. Сергей, отведи её.

– Вчера вечером, - продолжил Василий Петрович, когда сын увёл едва не рыдавшую старушку в её комнату, - Серёжка ходил к дому, где квартира этого Жадова, со своей компанией. Девчонки напечатали какую-то анкету, будто опрос населения. Он их впустил. Не дальше порога, правда. Ничего особенного. Женской обуви в прихожей не было... Ничего подозрительного... В окна заглядывали из бинокля... Мальчишество. Если он виноват, дома разве ж будет что... Не дурак.

– Да, если Свету похитил Миха, он спрятал её в укромном месте. Вы, конечно, не знаете, где у него дача.

– Дача есть. Светлана как-то перечисляла, чем богат этот новый русский... Совести только у него нет. Даже если не он, разве не мог бы помочь?.. Небось, с милицейским начальством знаком...

В зал вышел Сергей.

– Ну, что решили?.. Костя, может, ты встретишься со своим одноклассником? С тобой не откажется разговаривать. Хотя, наверное, в воскресенье дома не сидит...

– Уснула?

– Да, пап. Между прочим сказала, что Света в последние дни несколько раз бывала в церкви. Зачем - она бабушке не объясняла, но о каких-то молитвах спрашивала... Бабушка заговаривается, честно говоря. Как бы опять не слегла.

– Да, тогда я вообще с ума сойду. Мать только Светлане подчиняется.

– Михе я звонил с вокзала: нет дома. Хотел что-нибудь соврать и расспросить. Есть один человек, у которого на Светиного начальника большой зуб. Но надо ехать на переговорный пункт. Вы, Василий Петрович,

373

сами сходите в милицию, а мы - на вокзал. Потом встретимся здесь.

– А если, Костя, они пошлют меня в морг? У меня нервы не выдержат...

– В морг всегда успеем. Сходите и ждите нас.

– Да что эта милиция. Тем более воскресенье. Им всё до лампочки.