– А с другого компа они не могли бы выйти?
– спросил Шнобель.

– Только с такого же. Их очень немного. И все подпольные. Еще отыскать надо, - ответил Оливер.

– Резон вернуться у них есть, - подытожил Шнобель.
– Только, почему они его не утащили сразу с собой?
– размышлял он вслух.

– Быть может, потому, что хотят выйти на связь отсюда, ведь выходить лучше с определенных точек. Тогда нет помех, есть полная гарантия выхода. Эта точка проверена. У Генриха есть ещё пара точек, откуда он смог бы выйти, если туда поставить компьютер, - подсказал Оливер.
– На одну из таких я и предложил нам сваливать. Только... нужно, чтобы мы захватили с собой ещё и этот компьютер. Чтобы он не достался серым.

– Уразумел, - мигнул Шнобель.
– Только, где эти точки - в другом районе "подземки"?

– Нет, они здесь, недалеко, - ответил Оливер.

– Тогда всё это - опасно, - однозначно подытожил Шнобель.
– Вычислят. У них аппаратура. Вроде бы.

Повисла тишина. Иоганн начал потихоньку выходить из легкого ступора, в который впал, и тоже слегка шевелить извилинами.

– Значит, так. Надо валить. Подальше. И прихватить с собой комп. Нельзя рисковать. Остальное обмозгуем позже. Очухается Генрих - поможет. Главное - свалить. Причем, оставлять здесь кого-то - рискованно. Серые могут решить не затевать выход, а просто вернуться вскоре и тромбануть комп. Мы ведь не в курсе их планов, - размышлял теперь он вслух.
– Вдруг их задача - только всё ликвидировать... Они получат дополнительное задание шефа - и вернутся, чтобы ещё и комп уничтожить, кроме людей. Я слышал, что их конёк - беспрекословное следование указаниям шефа.

– В этом есть своя соль, - заметил Шнобель, разгуливая по комнате. И его взгляд при этом то и дело падал на полки с книгами.
– Кто-то из нас двоих, Кролас, должен сходить к началу пути, захватить пластпакет и "чешую" для Генриха. Заодно и комп отсюда упереть.

Теперь они прислушались: за дверями тем временем безумствовали незжи, пытаясь проникнуть сюда. Бр-р! Они скрежетали, пели что-то в совершенно диком диапазоне и царапали двери.

Почему-то Иоганн представил в красках именно свою одинокую прогулку по темному лабиринту "подземки", свои встречи с незжами и зелеными всполохами на стенах.

Снова в комнате повисло глухое молчание.

– Ладно, придется рисковать, - вдруг решительно сказал Шнобель. Он стал методично вытряхивать из шкафа всякое старое барахло. Затем загрузил в наволочку комп и все ему сопутствующие детали, а также стал складывать книги с полок в попавшуюся под руки простынь, замотав её затем большим узлом. Действовал он отлажено и проворно. Остальные следили за ним как завороженные.

Закончив работу, Шнобель запихал в шкаф упакованный в наволочку компьютер и узел с книгами. Вынул из поясной сумки высокопрочную веревку и лихо обвязал ею шкаф два раза, попросив Иоганна помочь продеть веревку между шкафом и стенкой. Потом он завершил этот процесс вязанием хитромудрого и прочного узла.

– Не знаю, можно ли от незжей шкаф заговорить, но книги я как-то заговаривал, - признался Пещерник.

И все услышали странный текст, проговоренный им вполголоса:

– Стань невидим,

дым и сбитень.

Сбит, но не сшит,

Сшит, но не порван,

вор не найдет,

кот не украдет,

незж не унесет.

Незжу - незжево,

незачем наезжать,

нечего жрать, нечего видеть.

Видеть - обидеть,

Класть - не предвидеть.

Незж не заржавеет,

кот не околеет,

вещь не одряхлеет, - что-то в таком роде...

Затем Шнобель три раза плюнул через левое плечо и перекрестил шкаф. Потом он неожиданно снял с себя гиперкостюм и надел его на Генриха. Сам же стал копаться в хламье, вынутом из шкафа, пока не извлек оттуда джинсовую рубашку и кожаные штаны - самое подходящее и крепкое из того, что там было. Но, надев это всё на себя, он зачем-то сверху напялил драные клетчатые портки (как выразился бы Дорг) и хламиду - длинную холщёвую рубаху. Всё это было Шнобелю мало по длине, но широко в объёме и болталось на нём сильно. Зачем-то он всё верхнее тряпьё еще покромсал ножичком.

– Кр-расавчик, - захохотал вран, - загр-римируйся.

Пещерник хохотнул.

– Вран прав, - сказал он и достал из сумки какой-то флакончик. Обмазав содержимым лицо и руки, он повернулся к остальным и удовлетворенно хмыкнул:

– Ну как?

Постепенно, на глазах, его кожа становилась похожа на грязно-серую рыхлую кашу - как у незжа. Для убедительности он ещё нарисовал себе другой гадостью синяк под глазом и нанес бородавку на щеку.

– Кр-расавчик!
– повторно каркнул вран.

– Кролас! В смысле - Иоганн! Неси Генриха вертикально и прячься за входной дверью. Ты - тоже, Оливер, ступай к двери. Причем - ты её спустишь с крючка, как только я слегка щелкну пальцами, - шепнул Шнобель.

Он прошел на кухню. Достал из сумки все имеющиеся в ней шопснабы и маленькую бутылочку с дурно пахнущей жидкостью. Это, по-видимому, была зверская спиртовая настойка чего-то гадкого на чём-то противном.

Иоганн подхватил под мышки лёгкого, как подростка, Генриха и спрятался у стены за дверью. Рядом с ним стал Оливер.