— Может, не стоит ему пока сообщать, а? — предложил Кэнзас, смотря на то, как Эмили мучается с выбором. — Найдем её, тогда…

— Если мы её не найдём, отец мне никогда этого не простит, Стив. Он считает своей прямой заслугой, что Бриттани стала работать в шоу бизнесе, что она пошла дальше него. Если я не сумею её спасти…

— Сумеешь, — ответил Кэнзас. — Мы найдем её, Эмили. У тебя в напарниках — следопыт, а ты всё ещё сомневаешься. Переживания за сестру — это нормально, но ты должна не выпадать из работы.

Эмили кивнула, кладя телефон в карман.

— Стоукс! — крикнул Фолт. — К телефону!

По стационарному телефону Эмили редко кто звонил. Обычно это тот, кто не знал её мобильного номера или хотел позвонить прямиком в отдел. Но когда Эмили подняла трубку и услышала голос с того конца провода, она едва не перевернула стол, на котором стоял телефон, и пол-отдела обернулись на неё в недоуменном молчании. На другом конце провода говорил он. Её брат. Улай!

Кэнзас по лицу девушки понял, что стоит нажать «громкую связь», что и сделал, опередив в этом действии всех.

— Сукин сын! — таки вырвалось у Стоукс, но она сейчас едва ли понимала, что может запороть всё.

« — Отлично, сестрёнка! Ты меня узнала! А теперь слушай внимательно и запоминай. У меня тут два человека, они очень жаждут жить, причём одна из них, оказывается, тоже почти моя сестра! Это милый подарок. Так вот, я думаю, что ты знаешь, где находится склад второсортного сырья в Уэстоне? Там тебя будет ждать наша сестричка и небольшой подарок от меня. Надеюсь, он тебе понравится. Но это ещё не всё. — Улай сделал паузу, и Эми сглотнула, чувствуя, что у неё внутри всё клокочет яростью. — Твой милый любовничек тоже может выжить, благодаря твоей расторопности. Но найти его место пребывания тебе придётся самой. Однако, я, по доброте душевной, дам тебе подсказку, сестричка: он весьма близко от места, где последний раз трахал женщину. А теперь самое главное: у тебя на всё про всё — ровно полтора часа! На обоих. Если ты за это время не найдёшь их и не обезвредишь мои маленькие сюрпризы, их смерти будут на твоей совести, детектив Стоукс. Время пошло!»

Эмили не успела даже ответить, как в трубке раздались короткие гудки.

— Ты засёк, откуда звонили? — осторожно положила трубку на рычаг Эмили.

— Нет. Он использовал дешифратор, он перебил наш пеленгатор.

Меньше всего Эмили сейчас хотелось кого-то терять. Казалось, жизнь только начала налаживаться. Она почти завязала с разгульным образом жизни, наладила отношения с отцом и… Эштон. Она чувствовала к женщине не просто дружескую симпатию, а тягу. И тяга эта не давала усомниться Эмили в том, что тот поцелуй не был случайным и был далеко не последним проявлением чувств между ними. Но сейчас… Сейчас всё готово было снова сорваться в какую-то неопределенность, непокорность, разрозненность.

Не теряя времени, они вчетвером направились на склад второсортного сырья в Уэстоне. Драфтон, как знаток того места, напросился с ними и Фальзон. И даже не потому, что он когда-то жил в том районе, а потому что он когда-то проходил курсы сапёров, но разминированием занимался только в теории. Однако его готовность работать Эмили сейчас нужна была больше, чем нотации Кэнзаса и Финелли, что этот парень ещё не готов приступить к полицейской работе. Стоукс махнула на всё рукой и взяла Драфтона с собой.

— Когда ты успел пройти курсы сапёров и где? — поинтересовалась Эмили, когда они ехали в полицейском «Форде».

— В Фолт-Черч, штат Мериленд, — ответил Драфтон, проверяя бронежилет. — Я хотел стать сапёром, но подвернулась другая должность. Однако я на отлично закончил курсы, пришло время практики.

Стоукс волновалась, и Эштон, сидящая рядом, заметила, как подрагивают пальцы девушки. Неудивительно. Она бы с ума сошла, если бы, к примеру, с Майком или Кэмерон что-то подобное произошло. Хотя Эштон почему-то думалось, что Имбердсон или Рутз отстранят её, как родственника, но ни того, ни другого сейчас не было в отделе по причине того, что они были в Лафайете и делали всё, чтобы «Майами Куб» существовал и дальше, а Свейзек был занят с Харрис налаживанием связей с криминалистическими лабораториями. Таким образом, старшими в Отделе были Кэнзас и Финелли, по старшинству званий. Но как раз Кэнзас хорошо понимал, что если отстранить сейчас Стоукс, жертв может оказаться гораздо больше. Финелли поддерживала идею — дать Эмили работать в штатном режиме. А вот Эштон нервничала из-за того, что Эмили практически не спала уже сутки, просто было не до того. Хотя она сама уже привыкла к тому, что работа иной раз требовала резервных сил. Приехав в Уэстон, они совершенно забыли о том, что Эштон считала, что должно быть три похищения.

Заброшенный сарай завода по переработке вторсырья располагался прямо на границе с шоссе, делящее парк Уэстон на две части: западную и восточную. Эмили понятия не имела, какие сюрпризы могли ждать их четверых в этом сарае, но надеялась на собственное чутьё и хорошие знания своих коллег.

Только они подошли к этому огромному сараю, волнение девушки усилилось раз в пять. Волоски на коже встали дыбом, и сердце то и дело пропускало удары. Эмили глубоко вздохнула, сейчас от её хладнокровия многое зависело.

— Стойте! — цыкнул на всех троих Драфтон, опустившись на корточки, осматривая стальные двери.

Эмили ничего не приходилось делать, как только довериться Дилану, он единственный из них, кто разбирался во взрывчатке. Фальзон стояла за их спинами и прислушивалась. Здесь была какая-то дикая тишина, не предвещающая ничего хорошего.

— Дверь не заминирована, но внутри могут быть сюрпризы.

Драфтон хорошо понимал, что если он ошибется даже в предположениях, сегодня могут погибнуть более чем два человека. И уж точно осознавал всю ответственность, которую Стоукс разделила с ним. Он не питал иллюзий относительно сотрудничества раньше с девушкой, но ранение и последующее покушение на его жизни всё круто поменяли. Он поклялся себе, что сделает всё, чтобы больше никто не погиб. Томас был его другом, и за его смерть хотелось отомстить. Но не убивая при этом невинных. Время тикало нещадно. Эмили судорожно сглотнула, посмотрев на часы. У них было ровно три четверти часа. Выхода не было, но кто-то должен был остаться снаружи. И этим кто-то согласилась быть Фальзон.