И тут я понял, что! Впереди не было дороги. Фары выхватывали из темноты искристый девственно-белый снег!

Сзади, из-за автобуса появился матерившийся молодой парень, наш водитель.

По его словам, в связи с почти тотальным отсутствием дорожных знаков и незнанием трассы, ехал он по навигатору, а когда пропал сигнал, просто продолжил движение в прежнем направлении. Шоссе стремительно сужалось. Расчищенный асфальт постепенно сменился укатанным снегом. Потом снег — колеёй, а шоссе — узенькой дорожкой явно местного значения. После последней развилки, круто уходившей в сторону мерцавших на горизонте огоньков, подобие дороги превратилось в неторенную целину, и навигатор перестал настаивать, что ехать следует именно в эту сторону. Поэтому наш водила на всякий случай решил встать, чтобы поразмыслить над тем, что теперь делать, и как быть.

Постепенно проснулись и остальные наши ребята. На общем консилиуме было сделано несметное количество фоток, которые при появлении сигнала были немедленно залиты в Контакт и Инстаграм, словно весь мир с замиранием сердца ждал новостей о сгинувших под Смоленском французах танцорах.

Водитель осторожно почти километр пёхал задним ходом. На ближайшей развилке он сдал назад и развернулся (к этому времени возродился интернет) и поехал обратно, вопреки заверениям навигатора, что мы движемся в противоположную от Смоленска сторону.

Нужно ли говорить, что водителя до самого конца тура мы иначе как Сусаниным не именовали.

По прибытии в Смоленск один из новичков решил заняться физкультурой на свежем воздухе. Вернее, это я так сначала предположил. Правда, потом выяснилось, что этот придурок делал на балконе «эффектные» селфи, забравшись на шедшую сантиметрах в пятидесяти от перил железную решётку, по которой, надо полагать, летом ползёт плющ. Игнату крупно повезло: его заселили на второй этаж по фасаду. Под балконом находилась огромная куча снега, собранная с площадки перед гостиницей.

То ли это и была та самая усталость железных конструкций, то ли решёточка категорически не была заточена на удержание вертикальной позиции при наличии повисшей на ней туши… Короче, она изогнулась и плавно опустила Игната в сугроб. Там стряхнула и снова выпрямилась. Айфон Игнат в снегу отыскать сумел, а вот второй шлёпанец — нет.

Вообразите наше изумление, когда взорам репетировавших в холле Альберта, Богдана и меня предстал босой на одну ногу, припорошенный снегом, синюшный от мороза Игнат. Поскольку Михаил, его сосед, где-то бродил, дверь их номера, разумеется, была заперта. Ставить в известность об упавшем с балкона постояльце ни администрацию, ни Романа мы не стали. Поэтому до возвращения Михаила Игнату пришлось отогреваться в нашем с Вадиком номере.

Приключения в Смоленске и под Смоленском ещё долго служили неиссякаемым источником шуточек и подначек, и хотя мы не рассказали о выпадении с балкона Роману, штраф он впаял почти всем: и Игнату, и мне, и Альберту с Богданом, и Вадику и даже Михаилу. Как говорится, слово — не воробей, шутить надо меньше и следить за языком в присутствии начальства. Мы сами были виноваты.

========== Часть 32. И Ленин такой молодой! Грибы! Комсомол и весна! ==========

Начиналась весна. Бушевали гормоны, с каждым днём всё веселее бежала по жилам кровь, цвели сады, и в душе звучала музыка… Вычеркните. Везде была непролазная чавкающая серая тающая грязь, выдававшая себя за снег, или накопившаяся за зиму пыль. Матюги в душе не звучали, но музыки в ней поначалу не было точно.

Приближались выборы. Города были заклеены предвыборными лозунгами, плакатами и агитацией.

В одном из гастрольных городишек прямо за кулисами ДК обнаружилось самое натуральное ведьмино кольцо: почему-то в круг были собраны пыльные гипсовые бюсты. Были там и Ленины, и Сталины, Брежнев, Дзержинский, Киров, почему-то затесавшиеся в эту компанию Мичурин и Чехов и ещё несколько деятелей, опознать которых мы так и не смогли. Там же, за сценой, висели красные матерчатые треугольнички для передовиков труда и табличка «Дом образцового обслуживания».

Сам ДК уж точно образцово не обслуживался. Залежи пыли и хлама за сценой поражали воображение. Мы, как могли, перетаскали его в самые дальние углы, чтобы не налетать на серо-белые бюсты, напоминавшие выросшие после дождя грибы. Но предварительно мы, разумеется, нафоткались с ними. Реакция в Контакте и Инстаграме была самой разной, от «Клёво, парни, ну вы даёте, так держать!» до «Сталина на вас нет, ироды!»

После выступления, когда народ фоткал уже нас и у нас же брал автографы, к нам подошла группка из пяти интеллигентно-учительского вида бабушек. От неё отделилась одна, с седеньким пучочком на затылке, кружевным воротничком на строгом чёрном платье и с тросточкой в руке, и поинтересовалась:

— Ребята, а где же обещанный стриптиз? Непорядок!

Мы дружно выпали в осадок, а потом заржали. Как оказалось, бабушкам за пару часов до концерта перепали билеты одной из внучек, которая вместе с друзьями решила не идти. Ни бабушка, ни её подруги желания покидать кресла-качалки и расставаться с вязанием под привычное бормотание сериалов не испытывали, и внучка под большим секретом призналась, что билеты-то на самом деле на мужской стриптиз! Бабушки подумали-подумали и решили всё-таки сходить! Это ж когда ещё к ним в тьмутаракань приедет мужской стриптиз аж из самой культурной столицы!