Шрифт:
Герда рассмеялась и ответила:
– У мальчишек чистая, нежная, свежая кожа. Их пощупать куда приятнее, чем волосатых мужчин!
Шарлота с улыбкой возразила:
– Иногда и волосатые тела приятны. А твой Ганс Фойер как? Я видела очень красивый и крупный подросток!
Герда прошипела с умилением:
– А меч в руках усталого подростка, сильней, чем легионы сатаны!
И воительница захихикала. Представила себе, как еще щупает красивый пацан. Только не вдомек арийке, что ее оплодотворил наполовину еврей. По отцу Ганс норвежец, потом викингов - все в порядке! А мать ведь еврейка? И повезло Гасну, что законный отец прознав об измене не стал его обрезывать. Евреи отправились в лагерь смерть. Ганс некоторое время воевал как сын полка, а потом отправился в элитную школу СС. От своего отца мальчишка унаследовал красивую, арийскую, внешность, белые волосы, голубые глаза, и незаурядную физическую силу.
Никто не подозревал, что у него еврейская мать, да еще дочь известного раввина. Ганс уверенно делал карьеру. Успел повоевать на разных фронтах, имел уже десяток различных орденов, в том числе и Рыцарский крест Железного креста с дубовыми листьями.
Знай Герда, что в ее животе ребенок на четверть иудей, как бы она запсиховала. Но у воительницы-арийки и подозрений не было. Она себя чувствовала более, чем уверенно.
Шарлота прочирикала:
– Для войны все возрасты покорны, а для любви ограниченья есть!
Герда хихикнула и заметила:
– А я думаю, что нет! Воевать можно и в три года, а любить с пеленок!
Кристина хихикнула и проворковала:
– Любовь это то, что бывает во взрослом кино!
Магда пронзительно прочирикала:
– И в жизни бывает она говорят... Но это...
Герда докончила с апломбом:
– Конечно, секрет для ребят!
Шарлота выпустила искру с зубов и прошипела:
– У атлетов нет секретов!
Воительницы снова расхохотались. Любят они смеяться. Есть в них такая вот тяга. Хотя смех без причины - признак дурачины.
Кристина проворковала:
– Удар, удар, еще удар....
Магда поддержала ее порыв:
– Еще удар и вот...
Герда прошипела, раскачивая корпусом:
– Крутая баба - ураган...
Шарлота восторженно пропела:
– Проводит апперкот...
Кристина прошипела лютой коброй:
– Прижала Сталина к углу...
Магда язвительно процедила:
– Ему конец пришел...
Герда провизжала, словно буйволица на бойне:
– Бью апперкот - вождь на полу....
Шарлота проревела, подняв босой ногой сугроб:
– Ему, не хорошо!
Кристина запела, погромче шикая:
– Визжала арийка, зло челюсть круша!
Магда сама завизжала словно свинья:
– Что жить хорошо...
Герда с апломбом добавила:
– И что жизнь хороша!
Шарлота ядовито добавила:
– А вождю ни шиша!
Девчонкам такая перспектива показалась очень даже веселой. Мой Сталин получит по барабану. А что можно сказать о Кобе? Типичный уголовник, получивший власть. Тоже самое и о Гитлере, но в этой вселенной фюрер оказался удачливее. И вместо того, чтобы покончить самоубийством, завоевал столько земель.
Герда взяла и запела:
– Будь со мной, песни пой! Мы замочим скоро Кобу!
Шарлота хихикнула и заметила:
– А все-таки скучаешь по "Кока-Коле". Это был отличный энергетик!
Кристина тут же ухватилась за предложение:
– А давайте наладим производство Колы! Это уже наш национальный напиток!
Магда хихикнула и пробурчала:
– Бу-бу-бу... Я паровоз!
Герда в ответ взяла и прошипела:
– Чу-чу-чу-чу-чу! Я самолет!
Девушки такие хохотушки. Смешные и очень даже самобытные. И поют так весело и апломбом.
Шарлота взяла и проревела:
– Босоногая мечта, я девчонка красота!
Воительницы хором прошипели:
– Красота! Мы везем с собой кота!
И снова прошлись на руках. Просто высший блеск.
Магда с улыбкой заметила:
– А что за птица этот кот? Ведь не орел же, в самом деле!
Воительницы некоторое время бежали молча. Но им явно скучно и хочется петь. И вот Герда завелась, сочиняя на ходу;
Я была принцессой с пышною фигурой,
Увлекалась фортепьянном и попсой...
Но сбежала дурь такая с трубадуром,
И теперь по полю бегаю босой!
Да зимой комфортно бегать босой,
Пальцы стынут, ноги как в огне...
Отрастила я побольше косы,
Хоть молись почаще сатане!
Трубадур, конечно, тот мужчина,
Может, сделать, раз примерно пять...
И оргазмов целая пучина,
Начитаешь громко ты орать!
Но ведь это хлеба не заменит,
У принцессы знай живот пустой...
Публика артистов скупо ценит,