Гитлер как прокудахтает:

– Я великий воин, круче Чингисхана! И у нас, поверьте, земли слишком мало!

Много различных изобретений еще можно посмотреть, включая и стреляющие разрывными пулями ручки, и бомбы размерами с горошинки, но очень убойные. Однако делу время, потехе час.

И Гитлер с удовольствием предался своему любимому развлечению: гладиаторским боям.

Колизей был отстроен на миллион мест. Туда собрались уехавшие на отпуска солдаты и офицеры, как мужчины, так и женщины. Они с удовольствием наблюдали за великолепным зрелищем. Должна была произойти драка? Так она и случится!

Гитлер и его свита следили за полем боя. По правую руку от фюрера, сидел вечный мальчишка Фридрих и его жена Хельга. Летчица уже успела забеременеть, и мечтала вынести сына.

Находились и другие деятели. В частности Шпеер, имперский министр вооружений и боеприпасов. Сейчас предстояла большая перестройка всемирной экономики под новый порядок. Строилось весьма много. Но фюреру нужна была оккупация всей территории СССР. Чтобы построить железнодорожную ветвь, от Архангельска до Чукотки, и далее на Аляску, и центральных районов США.

Неплохо также иметь и железнодорожную ветвь: Берлин, Москва, Дели, и до Пекина. Такие вот масштабные планы у фюрера.

Решение Гитлера: непоколебимо - следует завоевать всю Россию, а там видно будет!

А пока развлекаются члены зверинца зрелищем. На арену выбежала девушка одних трусиках, и белыми волосами. В руках у нее был меч. Воительница поклонилась фюреру и его свите. Очень эстетично, когда девушки сражаются почти голыми. А босые ножки с неподражаемой грацией шлепают по гравию.

Одна девушка блондинка, глашатай объявил ее имя Астарата. Вторая рыжая по кличке Молния и с саблей.

Обе девчонки стали друг против друга. Красавицы очень эстетичны, почти обнаженные, только тоненькие трусики, у блондинки алые, а рыжей белые.

Гитлер, глядя на них, тяжело вздохнул и заметил:

– Они очень красивые... А губить подобную красоту, прямо так скажем - жалко!

Борман с улыбкой предложил:

– Хотите, чтобы они обе остались живыми мой фюрер?

Гитлер согласно кивнул:

– Живыми и не искалеченными... Ну разве что чуть-чуть себя поцарапают! Мы же за эстетику!

Борман с улыбкой расчетливого дельца, кивнул:

– Сделаем все как надо, о величайший!

Фюрер довольно усмехнулся, и стал жевать американскую жвачку. А что это интересно. У американцев вкусовые добавки, и все кажется таким свежим и привлекательным. Особенно жвачки. Одновременно в золотой, усыпанной бриллиантами тарелке у фюрера лежала смесь ананасов, бананов и апельсинов с шоколадом.

Гитлер не любил мясо, но обожал шоколад, с цитрусовыми и мороженым.

А еще любил смотреть на голые женские тела. Вообще в Третьем Рейхе много снималось фильмов с обнаженкой. Даже подросткам преподавали в школах уроки Эроса.

Лозунг был: больше рожать детей. Официально разрешалось иметь по четыре жены, при запрете гомосексуализма. Молодежь учили: девушки должны любить юношей, а юноши девушек и секс это хорошо! И нет ничего зазорного, иметь секс на стороне, а если любовник лучше мужа, то лучше родить от любовника.

Девчонки на арене весьма изящно и умело фехтовали. Был видно, что девушек хорошо обучили. Движения обнаженных, мускулистых тел, весьма стремительные и приятные для глаза. На большом экране, девчат показывают крупным планом и в цвете. Публика в восторге.

Фюрер смотрит на девчат через бинокль. И шепчет:

– Угольков под их босые ножки!

Под голые подошвы девчонок разбрасывают угольки. Одной из любимых пыток Гитлера, это жарить красивым девушкам пятки. Еще и прижигание сосков груди очень приятно.

Фюрер обожал мучить женщин и смазливых мальчиков. Любовь к пыткам, явно подмечена у него у маркиза де Сада. Впрочем, Гитлер не любил когда умирают красивые женщины, и старался истязать их умеренно, не до смерти.

Но как девчонку не помучить. Еще одним из развлечений фашиста номер один было истязание пионеров. Это действительно так интересно. Ты мучаешь мальчика, а он упирается. Целое состязание: расколешь ты его или нет. В противном случае пионер умирал под пыткой.

А фюреру было досадно, что истязание оказалось недостаточно искусным.