– Это ты-то великий!

Коротко стриженная белокурая девчонка, нежным голоском успокоила бугая-подростка:

– Нет страха в том, что грызутся фашистские псы - беда будет, если нашит кобели передерутся.

Громила-подросток смущенно и голодно посмотрел на неё, красивую, стройную, дивчину и его круглое еще совсем безволосое лицо, столь неестественно смотревшееся на богатырском теле, стало предательски краснеть. Видимо слово, кобель вызвало ассоциации, и внезапное желание в юных и сильных чреслах. И твое непокорное совершенство бунтует, и очень мучительно стыдно, если подобное заметят окружающие.

Девчонка-комсомолка пышногрудая красотка, угадав вполне нормальное желание красавчика-парня, подмигнула крупному мальчугану. Изящно приложила палец к пышным, алым губам и хитро подмигнула - мол, все возможно, только не при всех!

Олег Рыбаченко тихо шепнул, тоже подмигивая своему временному и ложному деспоту, этому сержанту:

– Война не женское дело, но зато выбивает из мужика трусливое бабское нутро!

Или проще не будь бабой, иди добровольцем, если от обязательного призыва успел откосить.

Над головой кружилось испуганное какое-то по-особому грязное воронье. Один из молодых бойцов пальнул по ним дробью. Посыпались перья, три-четыре подбитые птицы спланировали вниз.

Воительница-татарка прикрикнула:

– Не трать на них пороха! По воробьям из пушек палить глупо, но на ворону тратить пулю глупее вдвойне!

И вот снова как бы затянулись волынки, нарастал, шквал далеко артобстрела - это гитлеровцев наши доблестные войска пробовали на прочность. Или может они испытывали свои пусковые системы. Так постепенно и распалялся свод небес. Вроде бы гул, но теперь он существовал по-своему. Уже не внезапный, от скоростных истребителей, а винтовые тяжелые машины.

Мальчишка-демиург Олег, не ослабевая искрометными остротами, ярко высказался:

– Винт можно закрутить на самолете и без горючего с зажиганием, но человек без боевого запала, может только скрутиться!

Так медленно накатывался, перекрывая отдаленную канонаду, как приближающийся вал воды, стекающий на мельничную лопасть по узкой колее-реке. Девчонка с короткой стрижкой и сильной, но изящной шеей ответила:

– Ой, ой, ой! Раздавили мой мозоль!
– И уже более серьезным тоном добавила.
– Надвигается нешуточная буря.

Из-за вершины стоящих на холме сосен, выскочила дюжина темно-зеленых, в неправильных желточных, словно леопарда пятнах, штурмовиков. Они двигались несколько тяжеловато, видимо шили с перегрузом. Навстречу им с ревом рванули "Кометы", знаменитые МЕ-163. Не вполне правильное название, так как фактически эти скоростные машины разработаны знаменитым Липпишем. А самый знаменитый германский конструктор к данным стервятникам не имеет прямого отношения.

Да Мессершмит, ты обессмертил свое имя, но только славой неудачника Герострата. Бесхвостые, маленькие они, тонко пища, словно москиты двинулись в атаку. Но действовали странно: выпустили реактивные заряды и пронеслись стаей мошкары вытянутым строем в восточном направлении.

Не теряя времени, Мальчишка-вундеркинд Рыбаченко скакнул к крупнокалиберному пулемету. Мальчишку-лазутчика без сопротивления пропустили. Один раз юный воитель отличился и почему бы ему не дать еще и другого шанса? Пускай долбанет, по фрицам, хоть "Кометы" и кажутся неуловимыми. Прут на наших пилотов. Шли советские штурмовики в метрах на приблизительно трехстах пятидесяти. И для воздушного хода, достаточно плотно, как конная лава.

Мальчишка-вундеркинд Рыбаченко открыл огонь на выдохе. "Комета" штучка маленькая, разгоняется до тысячи двухсот километров в час, стремительная как снайперская пуля, но нагруженная опасным ракетным топливом. Из-за этого, несмотря на чудесные летные характеристики, не так эффективна в бою, как могла бы быть, такая скорость, имей большую живучесть. Вес в пустом виде около тонны, дешевенькая вещица, и может реально сорвать господство советской и союзнической авиации в воздухе. Мальчишка-вундеркинд, должен верить в Родину - страну советов. Ценить как родного и при этом не способного предать брата, в свой двенадцатимиллиметровый пулемет. То, что он недаром воплотился с помощью высших сил, для помощи СССР. Обязательно, возьмет эту цель.

Пальцы, огрубевшие от тяжелого физического труда, гладящими движением нажимают на гашетку и пули выбрасываются, идут, словно стайка журавлей, но хищными ястребами поражая свои жертвы. И ракетное топливо из смеси нескольких жидкостей детонирует. Мальчишка-вундеркинд Рыбаченко со смешком отметил:

– Рожденный орлом всегда летает, а бескрылый только залетает!

Татарочка скалясь, добавила:

– Можно силой воли воспитать в себе льва, но душа зайчишки получается из-за безвольной распущенности, её нельзя исправить без личного желания!

У всего отряда полегчало, если не сказать еще более на душе, четыре казалось из-за скорости неуловимые "Кометы" оказались сбиты. Словно лопнули в воздухе хлопушки, выбрасывая фейерверк. Остальные лупанули с дистанции реактивными ракетами, и бросились утекать. Пока они разворачивались, еще две оказались сбиты обычными пулями крупного калибра.

Поднялась еще большая по интенсивности волна адского жара.

Мальчишка-вундеркинд Рыбаченко восхищенно потер покрывшиеся черным маслом руки и уже остаток очереди послал, держа быстро нагревшийся пулемет ногами. Приятно после уже холодной осенней земли, которую очень слабо прогревает солнце, коснутся мозолистой, как щетка детской подошвой в горяченькому металлу. Вот и седьмая незадачливая "Комета" лопнула пылающим пузырем, и рассыпалась сверкающим конфетти.