– Лара, я понимаю, это глупо звучит, но я хочу быть уверен: ты будешь меня ждать?

– Буду, куда же я денусь?

– Восемь месяцев это большой срок.

Кажется, это мои слова. Есть повод выдвинуть обвинение в плагиате.

– Это ерунда по сравнению с целой жизнью.

– Не скажи. Мы полюбили друг друга и стали жить вместе всего лишь через четыре месяца после знакомства.

– А я думала, мы полюбили друг друга после первого секса.

– Раньше мне нравился твой сексуальный темперамент, а теперь просто пугает. Особенно, когда меня не будет рядом, чтобы утихомирить твой сексуальный аппетит.

– Мне легче: я знаю, что на космическом корабле будет только одна женщина, которой я абсолютно доверяю. Кроме того четыре месяца ты будешь просто спать.

– Я тебя сейчас задушу вот этой самой подушкой.

– Мне нравится, когда ты ревнуешь. Не рви душу, Отелло. Можешь взять с собой мою личную карточку. Но я клянусь хранить тебе верность.

– Ты ещё можешь шутить. У тебя нет ни капли совести.

– Совесть нематериальна. Её нельзя измерять каплями. А верность измеряется любовью. Я так люблю тебя, что мне абсолютно наплевать на секс. Впрочем, я составлю дневник своих ощущений, и тебе придётся отработать каждое мгновение моих страданий, когда вернёшься.

– Можно я начну прямо сейчас?

И мы начали прямо сейчас. Но у меня ничего не получилось, хотя я и постаралась сделать вид, будто всё на высоте. Внутреннее настроение было испорчено внезапным осознанием предстоящей разлуки. Мне ничего не хотелось: ни секса, ни слов. Провалиться в какой-нибудь сон без сновидений и проснуться спустя восемь месяцев.

Предстоящее испытание верностью было откровенной чушью. Весь мой сексуальный мир давно крутился вокруг Коллина, и передислокация его была равносильна тому, что за эти восемь месяцев Земля поменяет свою орбиту. И то и другое просто нереально.

Можно спрятать свою личную карточку в сейф до следующего визита к доктору.

Должна заметить, что личная карточка - это незаменимый индикатор верности. Согласно законодательствуа, каждый гражданин нашего полушария обязан вносить в неё абсолютно всех сексуальных партнёров без исключения. Каждый своей собственной рукой в личную карточку партнёра, желательно ещё до того, как что-то произошло.

Соблюдение этого закона целиком и полностью зависит от честности и высоты морального облика человека. Однако согласно неписаным правилам, невнесение данных партнёра в карточку - величайшее неуважение, а людей, согласившихся на это, относят к разряду, мягко говоря, нечистоплотных или имеющих нездоровую психику.

Будь у тебя один или сразу двадцать один любовник, ты обязан их указать. Таким образом, можно избежать обвинения в изнасиловании, совращении, а также вовремя остановить волну распространения различных заболеваний.

Проблема верности всегда волновала человечество. Пока вы не женаты, вы в принципе не имеете права ограничивать сексуальную свободу партнёра. Даже если живёте вместе не один год. Всё определяется любовью и совестью и сочетается с доверием. Гармоничное сочетание всех трёх компонентов обычно приводит к свадьбе.

Господи, как мне прожить эти два дня? А потом ещё восемь месяцев?

– 6-

Два дня пролетели как две секунды. И вот на пороге этот роковой день. Сегодня я целую Коллина в последний раз в этом году. Мне кажется, или у меня текут слёзы? Я быстро прижала ладони к щекам: слава богу, показалось. Не стоило портить ему настроение перед дорогой. Интересно, а сам Коллин осознаёт, что уже завтра он не увидит меня как обычно рядом с собой?

Самое ужасное в разлуке - это время. Сначала нам будет не по себе. Будет тяжело, но потом мы привыкнем быть друг без друга. И нам станет комфортно самим по себе. Потом снова придётся привыкать любить друг друга, вспоминать, как было раньше, и сопоставлять слегка идеализированные воспоминания с реальными. Может быть больно, потому что воображение порою творит "чудеса", совмещая желаемое с действительным.

Что за чушь я несу? Я слишком много слушаю Арнольда. С его пессимизмом я бы уже давно закисла. У нас с Коллином всё будет по-другому. Всё будет хорошо.

Он вернётся, и всё будет даже лучше, чем прежде. Может быть, к тому моменту у меня уже будет разрешение на ребёнка. Или же мы полетим отдыхать куда-нибудь на юг, к морю.

Господи, у меня в голове уже столько планов на его возвращение, а он ведь даже ещё не улетел.

Ожидание отлёта Коллина казалось пыткой. Мне разрешено было проводить его до космопорта. Лететь на орбиту было бессмысленно: там я буду только мешать. И чем дольше растягиваешь процесс расставания, тем тяжелее сам момент.

И вот мы стоим возле прозрачной пластиковой перегородки, за которой красуется орбитальный авиалайнер. Люки уже открыты и ждут своих пассажиров.

Я прижалась к плечу Коллина, одетого в серебристо серый блестящий костюм, изготовленный из специального суперустойчивого "дышащего" материала, который одевают космонавты под лётную униформу. Мой мужчина такой тёплый, такой реальный, такой любимый. Я не хочу, чтобы он улетал.

Коллин крепко поцеловал меня в губы, чего никогда не делал на людях. В глазах его светилась тревога.