Матиас позвонила ровно через четыре минуты после того, как Бреннан оставила сообщение.

– Ты готова на все, лишь бы твое имя попало в газеты. – Голос был совсем тихим, а гласные звучали как-то вяло.

Нет, определенно не Нью-Йорк.

– Я подумываю о том, чтобы станцевать голой перед Белым домом.

– Может сработать… Как ты, черт возьми?

– Бывало и лучше, – ответила Темперанс.

– Да. История с Йоу – полная срань.

Значит, Матиас знает.

– Я его не убивала.

Хелен не ответила.

– Насколько мне известно, ты делала вскрытие.

– Так и есть. – И ничего больше.

Наступило неловкое молчание, Бреннан думала, Матиас ждала продолжения. И Темперанс решила перейти к делу.

– Могла бы я каким-то образом…

– Я бы хотела, чтобы ты на него взглянула.

– Что? На кого?

– На Йоу. Я нашла странные следы на его плечах.

– Странные?

– Да.

Бреннан немного подождала, давая Матиас возможность выдать подробности. Однако та продолжала молчать.

– Тебя интересует мое мнение.

– Неофициально, естественно.

– Когда?

– Сегодня вечером.

– Меня устраивает.

– Четыреста один, Е-стрит. Юго-Запад. Я встречу тебя в вестибюле.

– Я приеду.

– Темпи. Никто не должен знать, что ты будешь смотреть тело.

– Какое тело?

– Хорошо. Потому что любая утечка приведет к тому, что наши с тобой лица появятся в вечерних новостях.

Бреннан убивала время, потягивая кофе. После диетической колы кофеин ей совсем не требовался. Но в ресторане было много народу, и Темперанс хотелось иметь повод оставаться здесь и дальше.

Она «погуглила» адрес на Е-стрит и выяснила, что расстояние до него от ресторана, где она сейчас находилась, составляет три четверти мили. У нее накопился избыток энергии, и она решила пройтись пешком.

Бреннан вышла из ресторана в семь тридцать. В крови кипела энергия кофе и колы, и она практически не смотрела по сторонам. Парк, школа, церковь. Многоквартирный комплекс «Потомак плейс тауэр». «Кэпитал парк тауэр». Впереди автострада Юго-Запад. В воздухе появился сильный запах Потомака. Когда Бреннан шла по Четвертой улице, она размышляла о странных следах на теле Йоу.

Темперанс мысленно представила нападение. Убийца надел мешок на голову Йоу. Сильно натянул его и закрутил пластик вокруг шеи. Его руки ударили по шее и плечам Йоу. Возможно, по груди.

Или ее руки…

Она пришла к выводу, что высокий убийца должен был оставить следы на дельтовидной мышце. А если напавший был небольшого роста, ему пришлось бы тянуться вверх, и в таком случае следы остались бы ниже – спереди или сзади, в зависимости от того, как он или она располагались относительно Йоу. Бреннан решила, что по высоте следов она сможет исключить Уорвика – или же считать его главным подозреваемым.

На Е-стрит Темперанс свернула налево. Объединенная судебная лаборатория округа Колумбия занимала всю северную сторону квартала. Многоэтажное здание, сталь и стекло, решетки. Столь же приятный ландшафт, как возле полицейского участка на Индиана-авеню. Меньше собачьего дерьма. Такие же флаги.

На противоположной стороне улицы находился отель «Хайатт». Правительственные здания располагались на двух оставшихся углах. Благодаря «Гуглу» Бреннан знала, что в этих огромных зданиях, среди прочих организаций, находятся Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства, центры контроля и профилактики болезней, Служба экономических исследований Министерства сельского хозяйства США, Центр наземных перевозок и кафе «Кейси». Горячий кофе, черт его подери.

С сильно бьющимся сердцем Бреннан распахнула дверь лаборатории и вошла.

Ричер поехал дальше на том же такси до Кристал-Сити. Оплата будет произведена с кредитки Бреннан. Чаевые не требовались – очевидно, именно так работал «Убер». Джека это вполне устраивало. Как и многие военные, Ричер автоматически полагал, что все, с кем он встречается, богаче, чем он.

Джек вышел из такси в квартале от здания, где располагались телевизионные студии, и выбрал место, откуда мог наблюдать за дверью. Он стоял в холодных февральских сумерках и ждал. Люди в джинсах и толстых зимних куртках выходили по одному и парами. Ричер увидел, как ушел Сэмюел Рай. Но Мэсси и Уорвик все еще оставались внутри. «Продолжают обсуждать свою программу, – подумал он, – и то, насколько она станет убедительнее после убийства Йоу».

Отвратительно, сказала Бреннан. Ее реакция привела к тому, что она стала нравиться ему еще больше. В ней была чистота. Как судебный антрополог, Темперанс наверняка видела результаты огромного количества отвратительных поступков, вызванных столь же мерзкими мотивами, но не стала циничной. Во всяком случае, не до конца. А это необычно. Как и ее имя. Бреннан была необычной во всех смыслах.

И привлекательной.

Он ждал.

Без десяти восемь в здании стало так тихо, как только бывает, когда рабочий день закончился. Мэсси и Уорвик все еще оставались внутри. Ричер вошел и отыскал нужный коридор. Увидел впереди нужную дверь. Однако она открылась до того, как он подошел к ней, – и в дверном проеме появился Мэсси.