Переведя опьянённый взгляд на толпу, он резко остановился, внимательно всматриваясь в свою «цель».

В нескольких метрах от него спокойным шагом шла до боли знакомая (и до сих пор отчасти родная) Вайпер вместе с каким-то азиатом. Наверное, он был одним из тех людей, которых вокруг себя собрала когда-то Ария. Несмотря на их разные характеры, женщина обладала невероятным даром сплочать людей. Её внутренняя притягательность просто поражала.

Она был чем-то похожей на ту, которой обладала учительница Деймона. Хоть мужчина особо не хотел ни с кем сближаться, но вот Патрисия смогла привязать его к себе и заставить вспоминать её до сих пор. Эта слишком худая женщина с волнистыми чёрными волосами и ярко-зелёными глазами до сих занимала чуть ли не главное место в сердце своего ученика.

Интересно, она всё ещё жива? Вряд ли она могла просто так умереть.

========== Глава XVII. Смена позиций ==========

Доброжелательны ли ко мне друзья?

Белая фея натягивает свой лук,

Стреляет моей тревоге в лицо,

И из обеих половинок вырывается

Отец всех зеркал.

Он подмигивает мне, и я наклоняюсь вперёд,

Он шепчет едва слышно мне на ухо:

“Ты самый прекрасный ребенок из всех,

Я обниму тебя как свою кровиночку.

Ты самый прекрасный ребенок из всех,

Во мне даже зло прекрасно.”

Любопытство мой сон продлевает,

Белая фея поёт и смеётся,

Насильно меня оплодотворил,

И меня, беременного, мучает всю ночь

Отец всех зеркал.

Он подмигивает мне, и я наклоняюсь вперёд,

Он шепчет едва слышно мне на ухо:

“Ты самый прекрасный ребенок из всех,

Я обниму тебя как свою кровиночку.

Ты самый прекрасный ребенок из всех,

Во мне даже зло прекрасно.”

И когда я сопротивляюсь родовым мукам,

Развратничая на детской кровати,

Вижу, как я рожаю

И съедаю свой послед.

Rammstein - Kokain

Вайпер очень хотела побыть в одиночестве. Она была бы совершенно не против расслабиться: прочитать электронную книгу, которых у неё было в телефоне предостаточно, послушать музыку, посмотреть клипы любимых групп или просто посидеть в Интернете, но вместо этого ей приходилось не спеша гулять по небольшому городку.

Но вот Фонг… Он всё время почему-то пытался вытащить её на улицу из номера, где можно, хлопнув дверью, абстрагироваться от всего. И это начинало немного раздражать. При их первой встрече на Турнире он пытался сохранять дистанцию, но вот сейчас умело и легко разрушал её.

Только вот ничего объяснять мужчина и не собирался. Он, привычно беззаботно улыбаясь, снова и снова пытался наладить с ней отношения. Будто так и нужно. И это вызывало одновременно и раздражение, и непонимание. А ещё с каждым днём усиливались какие-то неясные подозрения.

Кто-кто, а мастер боевых искусств должен был знать, что Маммон только Арию подпускала близко к себе, а от всех остальных пыталась держаться как можно дальше. Но сейчас он предпочитал не обращать на это внимания, действуя по какому-то известному только ему плану.

А девушка никогда не любила, если её не ставили в известность. Деймон тоже когда-то не рассказал ей всего, и если бы шаману не удалось в один прекрасный момент просто взять и уйти, то вряд ли бы она была жива до сих пор. В двенадцать лет лишиться своего тела и стать духом…

Это слишком.

Недовольно посмотрев на своего спутника, Вайпер попыталась отогнать от себя мысли о бывшем учителе. Она это пыталась сделать последние четыре года после их последней встречи. И только ныне покойной Джиглио Неро получилось хоть как-то ей помочь, но её смерть свела все старания на нет

Будто кто-то свыше так издевается.

— Чего ты хочешь? — коротко рыкнула девушка.

Она уже давно перестала надеяться, что Фонг ей хоть что-то расскажет. Как он раньше молчал и менял тему разговора, так наверняка и поступит сейчас. Наверное, в этом он начал наконец становиться похожим как на саму девушку, так и на Верде, так и на Реборна, с которыми он достаточно близко общался на протяжение двух долгих лет, которые они провели в доме Арии.

Двух самых счастливых лет.

— Ну, — протянул мужчина.

Прошла секунда. Две. Пять. Начала идти шестая. И это затянувшееся молчание начинало раздражать точно так же сильно, как и все недомолвки. Маммон хотела поскорее всё узнать, чтобы в то же мгновение создать план действий. Когда она знает, как следует поступить в следующую секунду, жить становится намного проще и спокойнее. Так никто не обманет, не предаст. Так девушка сделает ход первой.

Но новой информации как не было раньше, так и нет сейчас.

И от этого в груди начал зарождаться горький, липкий и до жути неприятный страх. Хотелось как можно скорее избавиться от этого тугого и тяжёлого клубка, который с каждой секундой становился всё больше, но ничего не получалось. А от незнания состояние только ухудшалось.