— Кто это? — с интересом спросил у стража темноволосый мужчина низким обволакивающим голосом.

— Это пленница принца Фобоса, лорд Бойд, — тихо заскрипел страж, наклоняясь к уху мужчины, и что-то невнятно зашептал. На лице благородного лорда расцвела какая-то понимающая и хитрая улыбка.

Он оглядел камеру еще раз, взглядом упираясь в волшебный кристалл на полу, и спросил:

— Откуда здесь это?

Корнелия упрямо сжала губы и отвернулась к стене.

— Лорд… Лорд Седрик довольно часто приходил в эту камеру, — виновато пробормотал страж, опуская глаза в пол. — Должно быть, он… Он принес…

Лорд Бойд оглядел Корнелию уже более заинтересованным взглядом, а ее сердце забилось в ускоренном ритме, предчувствуя опасность.

— Хорошо, — неожиданно он ухмыльнулся и обернулся к охраннику. — Уверен, что у тебя есть дела поважнее, стражник.

Беспрекословно стражник поклонился и поспешил исчезнуть за дверью. За ним дверь захлопнулась, и они остались с Корнелией вдвоем. В синих всплесках волшебного камня видеть кого-то кроме Седрика было до боли неправильно, и Корнелия медленно, но верно теряла почву под ногами, внутренне содрогаясь и умоляя Седрика появиться прямо сейчас.

— Кто ты? — почти ласково спросил лорд Бойд, делая шаг в ее сторону и одним движением открывая застежку плаща.

Плащ упал с его плеч. Корнелия молча смотрела на него, внутренне сжимаясь от парализующего страха. Что-то в госте было такое, что сердце сжимало необъяснимое предчувствие.

— Тебе отрезали язык?

Корнелия по-прежнему молчала, подтягивая к себе колени и забиваясь в угол кровати, когда тот приблизился и присел к ней.

— Это досадно, — скучающе потянул лорд, впиваясь в нее темными глазами. — Хотя, в таком случае можно найти твоему очаровательному ротику другое применение…

Он протянул свою руку в перчатке, очевидно желая прикоснуться к ее лицу. Она дернулась, мгновенно обретая способность говорить и двигаться. Он резким движением перехватил ее руку и сжал ее.

— Убери руки, ублюдок, — всхлипнула Корнелия, тщетно пытаясь вывернуться из его стальной хватки.

— Леди слишком громко протестует, — прошипел он, притягивая ее к себе на колени. — А я даже люблю дерзких… Дерзких шлюх.

Она буквально оцепенела, не в силах ни протестовать, ни сопротивляться.

— Их очень приятно ломать, — процедил он ей прямо в лицо и впился в ее губы грубым поцелуем.

От отвращения она сжала посильнее губы, со всей силы пытаясь вырваться из его объятий.

— Открой рот, мразь, — опасно прошептал ей в губы мужчина, больно выкручивая ей запястье.

Она ахнула, и горячий длинный язык скользнул ей в рот. Она со всем отчаяньем сжала рот. Он отпрянул от нее, выпуская ее руки из капкана, но спустя пару секунд его ладонь встретилась с ее щекой. От боли у нее заискрилось перед глазами и предательские слезы покатились по лицу. Корнелия медленно опустилась на пол, стараясь ухватиться за что-нибудь, но тщетно. Лорд Бойд стоял перед ней, возвышаясь в полный рост, а на изогнутых в кривой усмешке губах темнели капли крови. Он буравил ее глазами, а Корнелия судорожно хваталась за стену, чтобы подняться с пола. Если он надеялся, что одна пощечина сделает ее покладистой и безвольной, то он ошибся.

Он задумчиво смотрел на нее, а потом повернулся к ней спиной и сделал пару шагов к двери. Она глубоко выдохнула, с надеждой глядя на него. Он сейчас уйдет?

Но лорд Бойд не хотел уходить, и он шел не к двери. Со странной обреченностью она видела, как он подошел к сияющему камню на полу и обернулся к ней с издевательской улыбкой на губах.

— Чтобы тебя трахнуть, тебе нужно принести в подарок какую-нибудь стекляшку? — со смешком спросил лорд и ногой растоптал синий кристалл на полу. Комната погрузилась в сумрак, как и было с самого начала.

Тоска, наконец, навалилась на Корнелию пуховым одеялом, она была здесь совершенно одна, и была совершенно беспомощна. Не было больше синих всплесков надежды на потолке, не было Седрика, не осталось больше ее наивных надежд. Все осталось лежать на полу растоптанными голубыми осколками.

Лорд Бойд приближался к ней с ленивой медлительностью человека, которому некому спешить, и Корнелия закрыла глаза.

Когда скрипнула дверь, она уже не надеялась, но…

— Лорд Седрик, — радушно поприветствовал вошедшего лорд Бойд, повернувшись к Корнелии спиной.

Она шумно втянула в себя воздух и распахнула глаза, чтобы рассмотреть его, но за спиной лорда Бойда не было видно двери, да и свет, исходящий с той стороны двери, слепил глаза.

— Лорд Бойд, — не менее радушно отозвался Седрик. — Должно быть, вы вернулись, чтобы обойти камеры.

Вот и все, что Седрик сказал лорду Бойду. Сердце Корнелии пропустило удар и отчаянье снова сгустилось над ней. Почему, почему он такой равнодушный? Где тот Седрик, обещавший ночью, что все будет хорошо? Почему он ведет с этим мерзавцем вежливую беседу?