— Я жива, можете проходить мимо! — рявкнула она на каких-то младшеклассниц. Девочки вспорхнули от нее, как бабочки.

Мучительно хотелось разреветься.

— Я, конечно, предполагал, что я сногсшибателен, но чтобы настолько… — протянул такой знакомый голос прямо над ее головой.

Корнелия гордо уставилась на парня. Сегодня на нем были очки-авиаторы и серая футболка. Темные тона оттеняли его кожу, и он об этом прекрасно знал.

Корнелия тщетно пыталась придумать, что сказать, но как назло вертелось только жалобное «привет?». После вчерашнего это определенно не то, что она должна сказать.

— Седрик! — Элион восторженно остановилась в паре шагов от них и с щенячьим восторгом уставилась на парня.

— Как патетично, — пробормотала Корнелия, самостоятельно поднимаясь с асфальта. Лодыжку внезапно пронзила острая боль, но она не выказала ни капли неудовольствия.

Королевы не плачут.

Она медленно развернулась и поковыляла к лавочке. Да, она позвонит отцу, и он пришлет за ней машину.

— Корнелия, у меня разговор к тебе.

— Да что ты? — передразнила его Корнелия и тут же прикусила язык. В конце концов, ничего особенного не случилось.

Внезапно она вдруг ощутила себя ревнивой истеричной подружкой, у которой уводят бойфренда. Но она бы никогда не опустилась до такого. Ее всегда учили сохранять достоинство. Так, где же она его растеряла?

«В подворотне у клуба», — с готовностью подсказал внутренний голос.

— Элион, ты меня извинишь? — Седрик галантно поцеловал руку растерявшейся девочки и подошел к онемевшей Корнелии.

Ее вдруг охватила паника. Ситуация была необычная, неловкая. Ее одновременно пугало и манило то, как сильно влияние Седрика на нее. Он мог попросить все, что угодно, ему достаточно только попросить.

— Что ты вытворяешь? — зашипела она, когда они отошли на достаточное расстояние от Элион.

В голове крутилась только один вопрос, который они могли бы обсуждать. И это делало ее одновременно очень счастливой и столь же разбитой.

— Ты же не считаешь, что…

— Ты должна пойти со мной, Корнелия, — мягко перебил ее Седрик.

— Что? Куда? — зашипела она, когда парень взял ее под руку и потащил к стоянке. — Я не хочу!

— Нам необходимо поговорить.

— Поговорить? — обреченно пробормотала Корнелия. — О том, что… о рейве?

— Рейв был дерьмовый, не о чем тут говорить, — отрезал Седрик.

Корнелия резко затормозила.

— Тогда чего ты от меня хочешь? — раздраженно вырвала, наконец, свою руку из стальных тисков Корнелия.

Седрик устало выдохнул и скептически скрестил руки на груди. Он молчал целую вечность, осматривая ее со скрупулезностью часовщика. Потеряв опору, она с трудом удерживала равновесие на одной ноге. Вторая все еще болела.

— Чего ты хочешь, Седрик, черт тебя дери! — срывающимся голосом пробормотала девушка. — Чего ты хочешь?

Седрик сделал шаг ей навстречу, и их теперь разделяло не более двадцати сантиметров. При желании она могла бы коснуться его лица, но он опередил ее, внезапно приподняв ее подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Отстраненно Корнелия заметила, какая же необычная радужка у парня. Сияющий ободок вокруг зрачка и солнечные зайчики. Заворожено она задержала дыхание, чувствуя, как непреодолимо кружится у нее голова.

— Я хочу, чтобы ты забыла о том, что было вчера, — безразлично прошипел он. — Не думай больше обо мне, забудь.

Сначала ей показалось, что она ослышалась. Этого просто не может быть. Он не отрывал глаз от нее, а то, что он говорил, совсем не соотносилось с его взглядом, прикосновениями.

— Что? — внезапно осипшим голосом прошептала она, чувствуя подступающий ком к горлу. — Что ты сказал?

Напряженно он все еще вглядывался ей в лицо, пытаясь прочитать, что она думает.

Это было так невыносимо жестоко, что Корнелия почувствовала, как слезы подступают к глазам.

— Ты ублюдок, Седрик, — просипела она, стараясь не расплакаться прямо здесь на его глазах.

Седрик быстро отпустил ее, убирая руки в карманы. На секунду он показался удивленным, но сейчас же взял себя в руки.

— Все, что случилось, это ошибка. И Элион об этом лучше не знать.

«Элион, ну конечно. Вечно святая Элион, без нее никуда. Чем она лучше? Почему он выбрал именно ее?», — промелькнуло у нее в голове.

— Я не идиотка, расслабься. А теперь убирайся, — прошептала Корнелия, с ненавистью выплевывая слова, — просто убирайся.

И он действительно, пожав плечами, развернулся и быстрым шагом пошел прочь, без сантиментов и сожаления оставляя Корнелию одну.