Его магия есть! Да, ее очень мало, но этого хватило, чтобы залечить ожог, а это уже неплохо. Возможно, он сумеет выработать сопротивляемость к глушителю чар, если будет тренироваться чаще? С улыбкой он протягивает и вторую руку за решетку, но от своего неожиданного открытия Фобос становится неосторожным и задевает луч. Руку он вытягивает довольно быстро, но та уже успела оттолкнуться к соседнему лучу и обратно. Три параллельных ожога красуются на его бледной руке, и Фобос взвывает от боли. Он может себе это позволить, он ведь совершенно один.

Что же. Значит нужно быть осторожнее. Второй раз рисковать он не решается и притягивает обожженную руку к груди. Даже эта неприятность не может согнать неясную улыбку с его лица.

У него по-прежнему есть шанс отсюда выбраться. Он растягивается на полу и проваливается в сон. Это не необходимость, скорее просто прихоть. Сон у Фобоса отделял одно событие от другого, позволял чувствовать себя живым. Кроме того, засыпая, он надеялся, что ему повезет. И иногда ему действительно везло, ему снились сны. Иногда они были яркими и наполненными цветом, иногда были сплошь отражением его жизни в клетке. Тогда, просыпаясь, он долго приходил в себя, не понимая, что было на самом деле, а что только приснилось.

Вот и сейчас, открывая глаза и слыша скрип дверей и тяжелые шаги, Фобос знал, что это сон. Он был уверен. Никто не может к нему прийти. А значит, разум играет с ним дурную шутку, безумие подкрадывается именно так, подсовывая в качестве реальности свои альтернативные версии. Это сон, галлюцинация, параноидальный бред.

Ведь Элион обещала…

Фобос осекся, по-прежнему слыша приближение шагов. Элион обещала ему не это.

Ты никогда меня больше не увидишь, Фобос.

А значит, кто угодно другой мог прийти навестить его. Любой гость — это шанс, это вероятный билет на свободу. Фобос попытался представить, что за человек появится перед ним. Стражник, которому велено отвести Фобоса на казнь? Что ж, забавно посмотреть, как у него это получится. Мятежник, желающий награды? Фобос признавал, что умел быть щедрым.

Или может быть… Сердце Фобоса забилось в радостном предвкушении. Может быть, это король, пожелавший расправится с недругом королевы лично? Фобосу это ближе всего. Хотя бы одним глазком посмотреть, что за человек завоевал прекрасную Элион? Достойный рыцарь или хитрый проныра? Впрочем, это все неважно, в любом случае, Фобосу будет приятно бросить под ноги сестре голову любого короля, кем бы он ни был.

Элион будет в ужасе, Элион будет сломлена. Фобос уже видел ее сквозь решетки своей клетки, но тогда она была с той стороны. Что ж, и последние станут первыми, милая Элион. Ты будешь превосходно смотреться и с другой стороны решетки.

Фобос вглядывался в темноту коридора, с нетерпением ожидая посетителей, по гулу шагов он понял, что их, как минимум, двое. Но когда шаги достигли максимальной громкости, в зал, где находилась клетка Фобоса, вышел лишь один человек. Огромный звероподобный вал из мышц, одетый по форме королевских гвардейцев, но с совершенно неуместным шлемом на голове, прикрывающим лицо. Фобос сузил глаза, вглядываясь в коридор, откуда вышел страж. Он мог поклясться, что людей было несколько, и легкий женский смех послужил тому подтверждением.

— Отойди к дальней стене, принц Фобос, — высокий, но все же мужской голос раздался из коридора, когда Фобос уже был готов сам обратиться к гостям.

— Невежливо начинать беседу с пожеланий, — хищно ухмыльнулся Фобос.

— Это приказ, а не пожелание, — сообщили ему из коридора, и Фобос мог поспорить, что сейчас незнакомец точно так же, как и он, хищно скалится.

— Я не стану… — насмешливо начал Фобос, но решетки вдруг задрожали и стали чудовищно быстро придвигаться к нему, не оставляя ему больше вообще никакого выбора.

Фобос покорно отступил к дальней стене так близко, что затылком чувствовал жар от прутьев-лучей. Он с интересом наблюдал одновременно за тьмой в коридоре, силясь хоть что-то разобрать, и за стражником, стоящем в паре метров от клетки. Только сейчас Фобос заметил, что в руках у него какое-то рваное покрывало из голубого сукна, накрытое какими-то холщовыми тряпками.

— Это подарок, — хмыкнул снова голос из коридора, будто читая мысли Фобоса.

— Не особо похоже на дары из-за моря, — равнодушно хмыкнул Фобос, заметно более спокойный, чем стражник перед ним, который то и дело оборачивался и бросал взгляды в коридор.

Как и прежде, его проигнорировали, а женский голос зашептал что-то очень неразборчиво. Фобос не сдержал победной улыбки, он не ошибся, в коридоре их все-таки было двое. В целом, все это представлялось Фобосу чрезвычайно интересным действом. За относительно небольшой промежуток времени у него побывало очень много посетителей, он многое узнал и почти придумал план по бегству из заточения. И если он все-таки, не сошел с ума, и эти люди — не плод его воображения, то Фобос уверен, что многое в его жизни скоро изменится.