– Неквалифицированные дегенераты. Вы это хотели сказать?

– Возможно, несколько мягче, но смысл вы уловили безупречно. Причем я нисколько не хотел умалить достоинства самого ордена.

– А нечего тут смягчать. Дегенераты, они и есть дегенераты. Алтарь потеряли, своё имя дискредитировали, еще и платили вам не известно за что. Союз с ними тоже является детищем нашей общей знакомой Оливии, - при этих словах он небрежно пнул только начавшуюся приходить в себя инквизиторшу.
– Их покорность и готовность выполнять любые приказы - это безусловный плюс, но эти показатели никак не могут быть единственными критериями набора. Возможно, под должным руководством, если поставить на ключевые позиции толковых людей... Однако мы отклонились от темы. Итак, вы явились в Баштазар. Устроили тут бардак и неразбериху, после чего умудрились вернуть султану посох песков.

– Они очень просили,- невинно моргая, пожал я плечами.

– Не сомневаюсь. Но на планы ордена это отразилось не самым благотворным образом. К счастью, портал уже закончен. Но хлопот в оазисе вы нам прибавили.

– Если я скажу, что больше так не буду, вы поверите?

– Больше не будете? Уха-ха, вот даёт! Ой, юморист.

Белобородый радостно расхохотался. Его смех поддержал Отто и несколько близко находящихся воинов. Вот только мне отчего-то было не до смеха. Что ему нужно? Убить? Сдать в тюрьму? Мои прилюдные извинения?

– Может быть, и поверю. Может быть,- заканчивая хохотать, продолжил епископ.- Все это на самом деле мелочи. Возможно, стоило бы вас несколько раз казнить, в тюрьму поместить ненадолго, но всё это мелочи. Потеря влияния в Баштазаре, лишь мелкая неприятность. А вот мои выводы о сущности вашей скромной персоны внимания заслуживают. Причем пристального и досконального. Собственно, потому вы и удостоились чести видеть меня лично.

– Сущность моей персоны? Да что может быть интересного в скромном маленьком темном эльфёнке вроде меня?

– Не стоит. Вы прекрасно поняли, о чем я говорю. Итак, я считаю, что ваше отлучение от ордена было ошибкой. Не сомневайтесь, виновные будут сурово наказаны. Сейчас же давайте поговорим о вашем возвращении.

– О моем возвращении? Вы хотите видеть меня в рядах послушников?

– Что? Конечно же, нет. Вы нас вполне устроите в качестве эмиссара Тени.

– Зачем вам это? Коллекционируете редкие классы, или я вам нужен для выполнения какой-то конкретной миссии?

– И то и другое, но второе в большей степени. Интересы Асклепия простираются намного дальше, чем вы можете себе представить. Ваши способности, безусловно, занятны, но нас больше интересует сам мир Тени, а ключиком к его непреступным вратам может оказаться одноименный эмиссар. Полное покорение этого измерения со всеми расположенными там сущностями и потоками энергий является для нас первостепенной задачей. Поэтому сейчас вы присягнете ордену на вечную верность, поедете с ними в обитель и будете развиваться под нашим пристальным контролем. Когда вы наберётесь достаточных сил, то возглавите экспансию. Ну, или станете неотъемлемой частью передовой группы. От вас требуется беспрекословное подчинение и покорность. Вот в принципе все ваши планы на ближайшее будущее. Ах, да, совсем забыл, что вы из этих, из пришлых искателей и приключенцев. В качестве награды вы получите сан сопоставимый с настоятелями и смотрителями больших храмов. Власть над средними и низшими служителями. Подчиняться будете только членам совета, мне лично и моими первыми помощниками. Ну и Асклепию, разумеется. Если сможете зарекомендовать себя с лучшей стороны, то со временем сравнитесь даже с ними,- при этих словах старичок игриво хлопнул по филейной части старшую настоятельницу Прасковью. Та не обратила на это никакого внимания, даже темп нашептывания и перебора четок не сменила. Натренированная оказалась, привыкшая.- Чуть не забыл. Своего первого инквизитора можете получить в своё распоряжение уже сейчас.

При этом его рука слегка подалась вперед, ладонь раскрылась, и в ней оказался конец поводка инквизитора Оливии. Та уже достаточно пришла в себя, чтобы вникнуть в суть нашего разговора. Её руки затряслись, губы сжались, а глаза округлились, явно поблескивая от подкатившего потока слез. Да, такой участи и врагу не пожелаешь. Ты гнобишь тех, кто ниже тебя по рангу, но для вышестоящих являешься не более чем неодушевленным предметом, годным для торгов и обязанным выполнять любую прихоть и желание хозяев.

– Внимание, вам предложено задание "клятва вечной верности". В случае его выполнения вы получите сан настоятеля и поводок инквизитора Оливии. В случае отказа последствия неизвестны. Возможность провала задания отсутствует.

– Внимание, обращаем ваше внимание, что расторжение вечной клятвы невозможно. Отменить её может только титаническая сущность Асклепий, либо его уничтожение.

Вот и помирился с орденом, ничего не скажешь. Нет, становиться частью этой прогнившей системы кругового унижения, я не собираюсь ни за какие коврижки. Еще и перспектива реролла в качестве единственного освобождения от обязательств - полный бред. Вольная из щедрой руки Асклепия видится мне от чего-то совсем несбыточной фантазией. Может, среди игроков и находятся индивиды, готовые на такое, но точно не я. Сегодня ты тешишь свое эго над подчиненными, а завтра ошейник. Получите - распишитесь.

– Очень благодарен я за ваше щедрое предложение, но... Поверьте, я не достоин и отнюдь не тот, кто вам нужен. Давайте просто помиримся и останемся друзьями. Все эти клятвы и обязательства, не по мне это всё.

– А казался умным молодым человеком. Эх, такой душевный разговор взял и испортил. Я огорчен,- вздохнул епископ и отвернулся.

Скалящийся всё это время Отто фон Писс резко изменился в лице. Его улыбка не пропала, но из веселой резко превратилась в какую-то садистскую и злую. Старший настоятель дернулся, его очертания размылись и с немыслимой скоростью он переместился мне за спину. Я даже моргнуть не успел, а тот уже нанес удар ногой по обратной стороне моих колен. Ноги подогнулись, и я упал, но удары не прекратились. С чувством нескончаемого удовольствия он пинал меня во всех возможных вариациях, причем делал это вдохновенно и крайне болезненно. Иногда от силы удара моё тельце подлетало на небольшую высоту и в полете успевало получить еще несколько крайне болезненных ударов ногами.

– Его преосвященство нельзя огорчать. Запомни это, никогда нельзя. Твое дело - беспрекословное послушание и подчинение его милости. Это долг каждого из нас, и мы всё обязаны его выполнять,- с каким-то полубезумным смехом в голосе выдавал нравоучения мой мучитель.

Странно, от полученных травм я должен был давно скончаться и отправиться на круг возрождения. Каждый второй удар был настолько силен, что отнимал по половине хитпоинтов разом. Однако раз за разом полоска жизни возвращалась на максимальную отметку. Меня лечили священники. Причем быстро и профессионально. Полагаю, что в случае моей кончины, Отто отыграется на первом попавшемся бедолаге, или нескольких бедолагах.