– Она выходила замуж, - вздохнул парикмахер.
– Перед свадьбой тысячи моих коллег-оформителей прислали ей... так скажем, объемные модели-эскизы своих работ... Предложили варианты внешности, прочесок...

– Стоп, - заинтересованно перебил Завьялов.
– Вы там не только с волосами мудрите, но еще и внешности в любой момент меняете? Типа губы надуваете?

– Ну что вы, Борис Михайлович, - грустно усмехнулся Кеша.
– Следование каким-то там канонам - пережиток. В наше время цениться как раз индивидуальность. Умение подчеркнуть неповторимость черт лица, придать им глубину и личностною многоликость и есть моя задача. А достигается она совсем другими способами... Подсветкой, например. Невеста поворачивает голову, ее черты, меняясь, становятся либо возвышенно одухотворенными, пылкими!.. Либо бесподобно печальными... Если появляется слезинка, она сверкает хрусталем. Поверьте, это зрелище - волшебно!

Вспоминая свое время Капустин совершенно расстроился, Борис его приободрил:

– Получается, Жюли в талант влюбилась?

– Ах, если бы!
– плаксиво скуксился господин оформитель.
– Борис Михайлович, после нашей свадьбы не было и дня, чтобы я не терзался мыслью: а вправду ли Жюли меня полюбила все сердцем?! Что если все произрастает исключительно из тяги к противоречиям! Жюли когда-то, может быть, еще в детстве, вообразила себя коварной сбежавшей невестой и, как бы ни любила Стефана, сбежала из-под венца лишь для того, чтоб испытать волнующее приключение!

– Ну, Кеша, Кеша, не перебарщивай, - смущенно произнес Завьялов.
– Играть чужими чувствами ради личных острых впечатлений, это как-то...

– Да что вы понимаете, Борис Михалыч!
– взвился на ноги куафер.
– Что вы понимаете?!
– Остановился над сидящим на постели Завьяловым, усмехнулся: - Вот вы думаете... Я знаю, Борис Михалыч, что вы о нас думаете. Парочка трусливых губошлепов приехала за впечатлениями. Сидят себе, понимаешь ли, где-то через сотни лет в удобных креслах, за чужими жизнями подглядывают... да?
– стилист прищурился.

– Ну, предположим, - не стал лукавить Борис.

– Вот-вот. Сидим удобно, ничем не рискуем... А где нам рисковать, Борис Михалыч?! Техника безопасности доведена до совершенства. Преступность искоренили, едва отработали хроно-проникновения: кошелек сопрут, через полчаса хроно-полицейские уже назад все отмотали, воришку поймали до того, как он к чужому руку протянул. Эх, Борис Михалыч, Борис Михалыч...
– Капустин горестно махнул рукой.
– Отец Жюли тот еще «Павел Максимович Карпов». За его дочерью приглядывают, как у вас за Оружейной Палатой! Сбежать из-под венца - единственное приключение Жюли.

– Я понял, Кеша, - серьезно произнес Завьялов.

– Завтра вы не будете делать из меня трусливого ушлепка? Возьмете с собой Зою выручать?

– Замазались, Кешастый. Ты - в теме.
– Заметив, что стилист уходить из спальни не собирается, нахмурился.
– Что-нибудь еще?

– Еще, Борис Михайлович. Ой как еще-е-е....

Капустин сел на пуфик, доверительно приблизил лицо к Завьялову и сообщил:

– У нас проблема. Жюли - ревнует. Все пальцы мне искусала.

– Не понял, - отстранился Боря.
– Она тебя что... к Карповой заранее ревнует?!

– Конечно!

– Так и не переживай. Ревнует, значит любит.

– Вы шутите, Борис Михайлович?
– обиделся Капустин.
– Это - реальная проблема! Жюли из моногамной ортодоксальной семьи! Она с ума сходит от мысли, что я ей и з м е н ю! Она уже мне сообщила, что овуляция у Карповой произойдет не раньше чем через неделю, настаивает, чтобы я убрался из вашего тела до этого момента...

– Стоп! Откуда твоя жена знает, когда у Зои овуляция?

– Моя жена - собака, - напомнил Кеша.
– Может быть, что-то учуяла, но может быть, подслушала разговоры Зои и подружек... Короче, Жюли уверена: сейчас время для зачатия детей все равно не подходящее. У нас есть фора, чтобы все расставить по местам.

Пипец. «Черная» комедия набирает обороты. Плюсом к прочим прелестям добавилась ревнивая собака, просчитавшая чужую овуляцию.

– Кеш, а о чем твоя Жюли раньше думала? Когда тебя в мое тело уговаривала отправляться.

– Так в теле Зои должна была присутствовать и моя жена! Мы вместе бы... с л и л и с ь! В одной постели!

Совсем пипец.

– Что предлагает Жюли? Как тебя из меня выковырять?

Стилист-оформитель понуро буркнул:

– Если б не наелась кильки, сейчас бы сидела перед компьютером, копалась в Интернете и разыскивала вероятные личности-носители. В этом времени должны происходить еще какие-то значительные события, Жюли предлагает найти носителей, через них, то есть через наших путешественников, сообщить в хроно-департамент о нештатной ситуации. Где-то в Москве должен быть эвакопункт циклонов. Нас отсюда вытянут вне расписания, минуя Кипр. Вы еще успеете зачать Ивана и Марью, история пока не изменена бесповоротно.

– А почему вы сразу не предложили разыскивать других носителей?
– удивленно, чуть подозрительно спросил Завьялов.

– Да все потому же, Борис Михайлович! Пока существует вероятность, что цепь событий не разрушена, зачатие близнецов как первостепенная задача еще может произойти, мы обязаны помочь вам очаровать Зою Павловну! Жюли не уверена, что разыщет каких-то достижимых носителей и хроно-департамент отреагирует вовремя. Пока есть надежда спасти Зою, представить вас героем и завязать роман, мы действуем по степени первоочередности задач! Мы не знаем, успеем ли мы разыскать носителей до того, как похитители убьют Зою, ведь раньше этого - не было! Мы не имеем права рисковать, тратя драгоценные часы на розыски других путешественников!