— Думаю, сир, это французский фрегат, — громко провозгласил Тайяд.

В течение часа или более того они наблюдали за кораблём, идущим к северу от Корсики.

Стоял тихий ясный вечер, и хотя наступило только 27 февраля, закат солнца был как в середине лета. Изящные облака, подобно серебристым рыбкам, плыли в воздушном океане. На горизонте же не было ни облачка, и огромный красный шар солнца, лежащий на краю моря, предстал перед наблюдателями во всей своей красе. Тайяд, знакомый с приметами, внимательно наблюдал за солнцем.

— Обратите внимание, ваше величество! — настоятельно прошептал он.

— Что такое, месье Тайяд?

— Сегодня, сир, я уверен, мы увидим зелёный луч.

— Что это такое?

— Смотрите, ваше величество.

Наполеон и все находящиеся на корабле в молчании смотрели на солнце. А солнце стремительно погружалось в море, будто устало светить. «Как быстро, как быстро оно опускается!» — бормотал Наполеон.

Внезапно дрожь охватила наблюдателей, а Дрюо нахмурился. Все с напряжением смотрели на заходящее солнце. Как только огненное светило полностью погрузилось в пучину вод, из глубины в небо ударил яркий зелёный луч, который тотчас же исчез. Тайяд издал короткий торжествующий крик:

— Зелёный луч, ваше величество! Это предзнаменование!

— Хорошее или плохое, месье Тайяд?

— Прекрасное, сир. Зимой его вообще нельзя увидеть.

— Хорошо, — заметил император, обрадовавшись. — Теперь займёмся фрегатом!

Это был «Зефир» под командованием капитана Эндрю. Ранее на нём осуществлялась транспортировка войск из Тулона на Корсику, а теперь он направлялся в Ливорно, где должен был поступить в распоряжение французского консула для выполнения особого задания. Но никто пока не сообщил капитану, что это особое задание будет состоять в надзоре за бригом «Инконстант». Фрегат, который лёг на правый галс, находился на расстоянии двух миль. Тайяд вытащил компас и установил его курс. Пути обоих кораблей сходились.

— Месье Тайяд, скажите, как близко он подойдёт?

— Сир, если он будет держаться того же курса, которым следует, то пройдёт на достаточном расстоянии перед нами. Я думаю, он не будет нас преследовать.

— Вы знаете этот корабль?

— Да, сир. Это «Зефир». Его капитан Эндрю — хороший человек. Думаю, ничего страшного, это не патрульный корсиканский корабль, ему не нужны неприятности.

— И мне тоже. Ха! Посмотрите на это!

«Зефир», который был прекрасно виден с левого борта, вышел на ветер и теперь поворачивал. Они слышали, как хлопает под порывами ветра парусина, и видели, как порхают, словно бабочки, передние паруса фрегата. Сейчас он двигался правым галсом и, набрав скорость, приближался к ним.

— Что вы теперь скажете, месье Тайяд?

— Теперь он пройдёт с правой стороны уже ближе к нам, сир.

Генералы посматривали на фрегат с беспокойством.

— Если бы мы направлялись в Геную, как бы нам следовало плыть? — спросил Наполеон.

— Ваше величество?

— При этом ветре какой нужно держать курс, чтобы попасть в Геную?

Тайяд бросил взгляд на паруса и компас.

— При этом ветре, сир, мы должны бы были двигаться на три румба севернее.

— Я ничего не понимаю в ваших румбах, — проговорил император. — Покажите мне направление.

— Вот так, сир. Как идёт «Зефир».

— Измените курс. Но, как только пройдёт фрегат, мы должны снова следовать старым курсом. Скажите месье Шотару.

Он снял шляпу и спустился на несколько ступенек вниз по трапу, чтобы его не увидели с фрегата.

«Зефир» приближался.

У капитана Эндрю не было намерения нападать, когда он рассматривал в бинокль приближающееся судно. Но он был озадачен. Во многих гаванях он встречал бриг «Инконстант» под флагом Эльбы, он также знал месье Тайяда, капитана корабля. Но с бригом явно было что-то не то: и такелаж, и окраска...

Если бы адмирал в Тулоне предупредил его, что Наполеон, по некоторым сведениям, попытается вырваться с острова вместе с гвардейцами и ему предстоит настичь и остановить их, то капитан Эндрю был бы теперь начеку. Но поскольку он ничего не знал, он окликнул таинственное судно в дружественной манере, принятой у моряков:

— Эй! Что это за корабль?

— «Инконстант!» — крикнул в ответ Тайяд. — Куда путь держишь, дружище?

«Да, верно, это голос доброго Тайяда, — подумал Эндрю, — значит, всё нормально».

— В Ливорно, — прокричал он. — А ты куда, мой капитан?

В данный момент месье Тайяд точно не знал, куда держит путь, но снизу ему подсказали шёпотом: «В Геную. Для ремонта!»

— В Геную. Для ремонта! — повторил Тайяд.

— Ага! — с пониманием в голосе крикнул Эндрю. — И чтоб немного подкрасить бока?

Тайяд не знал, что ответить, но он рассмеялся так громко и добродушно, как только мог, сделав вид, что шутка была ему понятна.

«Зефир» шёл теперь параллельным курсом; корабли были так близко, что скорчившиеся на палубе гвардейцы хорошо слышали крики капитанов. Возможно, это был момент наивысшей опасности для Наполеона и его планов. Но в криках Эндрю звучали радостные интонации: