– Брисден здесь?

– О да! – отозвался Курасвани. – В тюремной камере, в подвале казарм. Местечко уютное, прямо рядом с топкой… А вы с ним знакомы?

– Наслышан, – сказал охотник.

Стало быть, вам известно, что от этого типа одна головная боль. Похоже, он самый главный виновник свирепости бешанти. Брисден прославился тем, что слонялся по лесам и разговаривал с разными племенами. Ну, и договорился: подбил аборигенов освободиться от ига угнетателей, то бишь нас. Эта жирная сволочь просто жить не может без болтовни! Хлебом не корми, дай только помолоть языком… Сначала я хотел было расстрелять его за подстрекательство, но – верите, нет? – побоялся брать грех на душу. Хотя, видит небо, я бы оказал услугу всему человечеству… Так что он сейчас жив и здравствует. Вот весной свезем его на родину – пусть там его и судят.

– А вы знаете, откуда он родом? – спросил Клэй.

– Не хочу показаться бестактным, но он из ваших краев, и притом не лучший их представитель. На западе он объявился несколько лет назад, а раньше, похоже, был соотечественником Драктона Белоу, создателя Отличного города.

– Однажды он спас мне жизнь, – признался Клэй. – Правда, очень странным, весьма косвенным образом.

– Что ж, тем лучше для вас – Курасвани пожал плечами. – Что до меня, то я с удовольствием пустил бы ему пулю в лоб. Своим поганым языком он накликивает несчастья. Эта его болтовня – полный бред, но слова умудряются просачиваться в реальность и губят человеческие жизни. Когда он собрался плыть сюда вместе с поселенцами, я сразу сказал, что кончится это плохо. Но, сказать по правде, у нас, на западе, все были рады от него избавиться.

– Можно мне с ним увидеться? – спросил Клэй.

– Только под моим надзором. Это слишком хитрая лиса. Как-нибудь я сведу вас к нему, – пообещал Курасвани, залпом прикончив остатки виски.

– Что-то ваши призраки пока никак себя не проявляют, – сказал охотник и постучал по деревянной столешнице, чтоб не сглазить.

Капитан сделал то же самое.

– Пока идет снег, они сюда не сунутся, – объяснил он, – Кстати, слыхали новость? Вдова Олсена наконец-то выбрала имя ребенку. Парня назвали Призраком. – Капитан выразительно поднял брови.

– Как странно, – удивился охотник.

– Ничего удивительного, – возразил Курасвани. – Бедняжка немного тронулась умом после родов. Наверное, ей кажется, что так бешанти его не тронут. Никто не может запретить матери назвать сына так, как ей хочется. В конце концов, его можно звать сокращенно – Приз.

Клэй кивнул.

– Так как там насчет моего почетного ордена? – улыбнулся он.

– Ордена Почета, – поправил его капитан. – Готовьте дырочку, будет вам орден. – И взялся за бутылку, чтобы наполнить бокал охотника.

Через два дня Клэй проснулся ночью в своей комнате от рычания Вуда, а секунду спустя услышал ужасающий крик во дворе.

Натянув башмаки, он выскочил в морозную ночь и увидал Вимса, склонившегося над распростертым на земле телом. В круге света от лампы на утоптанном снегу алело кровавое пятно. Еще один солдат стоял рядом и трясся всем телом, причем явно не от холода. В нескольких футах от места трагедии Клэй увидел капитана – в одних панталонах и сапогах, при шпаге и пистолетах, с опущенной головой. Из уст военных вырывался пар, труп же в холодном воздухе буквально дымился. Только теперь, по огромным размерам, охотник узнал в убитом Кастета.

Клэй постучал в дверь в конце коридора. Под мышкой он держал колыбельку, сколоченную из ящиков, в которых когда-то хранились жестянки с маслом. Это было довольно топорного вида изделие с приделанными снизу дугами полозьев. Дверь отворилась, и в проеме возникла Вилия Олсен с извивающимся Призом на руках.

– Что? – прошептала она одновременно раздраженно и испуганно.

– Я тут смастерил кое-что для малыша, – сказал Клэй, показывая на свой подарок.

– Гробик? – спросила она без тени иронии.

– Колыбель, – поправил Клэй, ничуть не смутившись. – Чтобы вы могли укачивать его ночью.

Женщина не улыбнулась, но кивнула и позволила ему войти. Отступив назад и почти прижавшись к стене, она свободной рукой показала ему, куда поставить колыбельку. Клэй опустил подарок на пол рядом с кроватью и, выпрямившись, взглянул на Вилию. На ней было темно-синее платье, волосы спрятаны под косынку.

Протянув руки вперед, Клэй попросил:

– Можно мне подержать его?

Вилия помедлила. Его присутствие ее явно смущало.

– Я требую награды за свои труды, – сказал Клэй с улыбкой. – Мне причитается хотя бы раз подержать ребенка на руках. – Он постарался придать лицу шутливо-строгое выражение, но, кажется, вышло не очень убедительно.

Вилия с явной неохотой протянула ему ребенка. Взяв спеленутого младенца на руки, Клэй заглянул в крошечное личико. Перед ним был очень симпатичный чертенок, с карими глазами и щетинкой черных волос на макушке. Из свертка высунулась маленькая ручка и на секунду запуталась в бороде охотника. Почему-то Клэй вспомнил, как два дня назад они опускали в могилу Кастета, и крепко прижал малыша к груди. Мать поспешила забрать свое чадо обратно.