– С удовольствием приму любое ваше предложение, – отвечаю.

– Ему, – Лиэс взглядом указывает на То, остановившегося за моей спиной, – вовсе не обязательно идти.

– Извините, но я не могу избавить себя от общества помощников. Обещаю, он нас не потревожит. Вы вспомните о его присутствии только в одном случае: если что-то пойдет не так. А этого не случится, я уверена.

– Разумеется. Подайте порошок, пожалуйста, – говорит Лиэс помощнику главы города, слегка обернувшись через плечо.

– Не хотите ли вы воспользоваться моей капсулой? – спрашиваю, вежливо улыбаясь.

– Нет. Я привык получать результат незамедлительно. Место встречи – обзорная площадка на ратуше. Там будет открываться самый лучший обзор. Жду вас с нетерпением. Не задерживайтесь, прошу, – говорит мне Лиэс и исчезает, воспользовавшись порошком.

Беру из рук помощника мешочек с порошком, оборачиваюсь к То и говорю:

– Воздержись от комментариев. Встретимся там, а обсудим все после. Как прибудем, немедленно напиши всем, пусть разыщут Вана, и он прибудет сюда, к главе города. Ван может нам понадобиться.

То недовольно кивает.

– Когда Ван прибудет, поместите его где-нибудь, чтобы он ожидал. Если он попросит, то проводите в этот зал. Вы поняли? – говорю я помощнику главы. Он кивает в ответ.

– Спасибо.

Я спешу использовать порошок, чтобы не заставлять Лиэса ждать. Он непредсказуем в своем безумии.

Закрываю глаза на секунду, чтобы голова не начала случайно кружиться. Я редко использую телепортационный порошок, потому что не люблю это его свойство. С возрастом у меня ослабели сосуды, поэтому каждое перемещение имеет последствия. К сожалению, в сложившейся ситуации не принять приглашение Лиэса было бы стратегически неверно. Так что пришлось сознательно выбрать путь испытаний.

– Вы быстро! – говорит Лиэс.

Открываю глаза и вижу, что он стоит в шаге от меня, слегка в стороне.

– Жаль, что здесь самый лучший обзор открывается только тогда, когда стоишь у самых перил. С того удобного диванчика у стены совсем ничего не видно, я проверил.

Обзорная площадка представляет собой небольшой балкончик, приделанный к самому верху башни ратуши, как ласточкино гнездо. Летнюю крышу держат несколько простеньких колонн. У еле заметной двери, которая ведет в саму ратушу, стоит двухместный плетеный диванчик и столик. Видимо, поставили их здесь для того, чтобы парочка туристов, редких в наших краях, могла отдохнуть. Если они сюда забредут, разумеется.

Лиэс подходит к резным перилам, опоясывающим весь балкончик по периметру, опирается на них всем телом, старается выглянуть как можно дальше.

– Будьте аккуратны, прошу!

– Ничего со мной не случится, Валея, – бросает Лиэс через плечо. – Я попросил помощника главы организовать нам бутылочку красного сюда. Вы же не против?

– Нет, ваш выбор мне по душе.

– Кто бы сомневался… – шепотом произнес себе под нос Лиэс, но я все равно расслышала. И правда, кто бы сомневался.

Я оборачиваюсь и замечаю То, который, как тень, стоит за одной из колонн. Он шарит по карманам. Наверное, хочет закурить. Через секунду достает спички. Я останавливаю его, незаметно для Лиэса разняв сложенные на груди руки. Традиционный жест молчаливого запрета – тыльная сторона ладони. При этом надо сделать небольшое усилие, будто бы ты хочешь оттолкнуть что-то от себя. То понимает меня и прячет сигареты обратно в карман.

Шум толпы внизу нарастает.

– Его ведут, смотрите! – оборачивается ко мне Лиэс.

В его глазах горит огонь азарта, он даже не замечает, что я стояла, слегка развернувшись. Если бы Лиэс обратил на это внимание, то обязательно бы высказался по поводу присутствия То. А так он определенно увлечен происходящей экзекуцией.

Подхожу к перилам и останавливаюсь рядом с Лиэсом. Толпа ликует. Они что-то выкрикивают, брызжа слюной. С высоты не слышно отдельных слов, но общее настроение понятно.

Удивительно, как быстро разлетелась новость про поимку Ления, такого серьезного нарушителя. Здесь все его ненавидят, хотят для него худшей участи. Я не понимаю только, за что? Лений хоть и совершил много ошибок, но он не сделал ничего плохого никому из этих людей. Но все они захлебываются своей ненавистью и выкрикивают проклятия в адрес Ления. Зачем? За что?Я совершенно не понимаю.

Стражи ведут Ления под руки к месту бичевания, поднимаются по ступенькам на импровизированный эшафот. Представитель правосудия что-то выкрикивает в толпу, а они громко кричат ему в ответ, словно животные. Слов в этом шуме не разобрать.

Лиэс рядом со мной лишь холодно улыбается. Уверена, будь он там, внизу, в толпе, кричал бы точно так же и скандировал им же провозглашенный смертельный приговор.

Пока говорит уполномоченный, Ления привязывают за запястья к двум столбикам, разворачивают лицом к народу, чтобы те видели его агонию. По бокам от него становятся двое широкоплечих мужчин в обычных масках палачей. В руках у них, насколько я могу разобрать, плети. Что за бесчеловечный выбор?