Вход в комнату для приема располагается между полками и прилавком. Нидри открывает передо мной дверь, придерживая, ждет, пока я пройду. В отличие от самой лавки, эта комната светлая и небольшая. Обставлена она просто: два стула, стоящих напротив друг друга, койка с белоснежной простыней и столик в углу. В памяти всплывают воспоминания об интерьерах академии лечебников, так мною и не законченной. Типичная чистота.

Присаживаюсь на стул. То останавливается у дверей, как обычно. Нидри садится на стул напротив, стягивает мою перчатку и сосредотачивается на изучении проблем с самочувствием. Несколько минут мы сидим в тишине.

– Все ясно. Мне нужно десять минут. Сделаю снадобье, но в нем будет трава забвения. Тебе нужно поспать. Примерно два с половиной – три часа. Мы отведем тебя наверх, а потом То может отправиться по делам, а забрать тебя позже.

– А кто будет ее охранять? – спрашивает То. Очевидно, идея ему пришлась не по вкусу.

– Дружок, не забывай, кто я. Пусть я старше тебя, но есть еще порох в пороховницах. Пусть кто-нибудь попробует сунуться!

Нидри уверен в том, что он говорит. Я тоже в нем уверена.

– Мы это обсудим. Поспеши, пожалуйста. Я сейчас умру, как мне кажется.

– Конечно, я тороплюсь. Я сказал, десять минут. Обычно я делаю это зелье час, дорогая.

Нидри вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. То опустился на стул передо мной.

– И куда это ты собралась меня отправлять?

– Что ты чувствовал? – пытаюсь уйти от его недовольства.

– Когда?

– Ты все понял, не задавай лишних вопросов. У меня все перед глазами и так плывет. Избавь меня от расплывчатых ответов, будь добр.

То откидывается на спинку стула. Собирается с мыслями.

– Что я чувствовал? Сложно сказать. Да, Лений меня оставил, сбежал, мешал нам проводить операции. После его самодеятельности у нас было столько проблем, тяжело припомнить все. Но Лений все-таки был моим другом. Надеюсь, что у него были свои причины так поступать. В любом случае, то, что с ним сделали, нельзя назвать человечным. Нельзя назвать гуманным. И никак нельзя назвать справедливым.

– Ты простил его?

– Как я мог простить его, если я с ним не общался? Я не знаю его мотивов. Знаю лишь, что Лений не заслужил того, что получил. Ясно? Теперь все будут считать его уродом. Как физически, так и морально. Он всего-то запутавшийся мальчишка! Сколько ему было лет, когда он ушел от нас? Двадцать? В его голове еще не было устоев и принципов, которые бы могли удержать его безумные юношеские порывы.

То постоянно прерывается. Когда То взволнован, он говорит с чувством, выпаливает предложения, которые приходят на ум, а после молчит несколько секунд, собирает воедино новые мысли, чтобы снова быстро с ними разделаться. Сейчас пауза затягивается. Но То все же прерывает ее.

– А еще этот Лиас! Такого отвратительного типа и Высшая Сила не пошлет встретить! А как он к тебе отнесся? Это не идет ни в какие рамки! Он – животное. Саблезубый тигр, готов сожрать тебя без остатка за каждое неверное слово. И косточки не оставит!

– Ты ревнуешь! – говорю и улыбаюсь. Это льстит.

– О какой ревности может идти речь, когда этот сопляк ставит себя выше тебя?!

– Что вы так расшумелись? То! Валее нужен покой!

В комнату входит Нидри, неся в руке кубок со снадобьем. Он с укором смотрит на То. То отвечает ему тем же. Но через несколько секунд вскакивает со стула, занимает свое место у двери и говорит, потупив взгляд:

– Простите.

– Этот мальчишка всегда знает свое место. За это ты его и любишь, верно? – спрашивает Нидри, протягивая мне кубок.

– Нидри! Не переходи на личности, – возмущаюсь я и отпиваю первый глоток. Напиток горчит. Нидри всегда называл То мальчишкой, когда хотел его немного пожурить. Раньше это происходило очень часто.

– Значит, верно. Ничего, что вкус такой. Зато действенно. Допивай, и мы проводим тебя наверх.

– Хорошо. Чудовищное варево, – отвечаю и выпиваю залпом снадобье.

Нидри хохочет, когда я морщусь и закрываю рот рукой. Он забирает кубок и уходит.

– То. Отправляйся в город и узнай, что за это время сделали с Лением. Узнай, где он будет заточен. Посмотри, кто из филлеров там работает. Свяжись с Ваном, узнай насчет Лиаса. И забери меня не раньше, чем через три часа. Понял?

– Да, – отвечает То.

– Идем, красотка? – говорит Нидри, вернувшись.

– Разумеется!

Они подхватывают меня под локти, потому что ногами я уже еле двигаю: трава забвенья начинает действовать незамедлительно. Мужчины приносят меня в гостевую спальню Нидри, укладывают на кровать. Последнее, что я запомнила перед тем, какотключиться: То накрывает меня пледом. Очень нежно и аккуратно.

***

Не знаю, сколько времени я спала. Когда я просыпаюсь, то комнату освещают лучи заката.