Когда мы оказались на мосту, я решил немного задержаться здесь и полюбоваться ночным Стандлером, находясь в нем, а не за ним. Я отозвал идущую впереди девушку и встал возле ограждения моста, положив на него руки, и стал смотреть на тихую речку, которая была единственной в городе. Рядом с нами стоял большой фонарь, Эприл облокотилась на него, смотря вдаль.

– Как красиво! – сказал я, любуясь пейзажем реки.

– Согласна,- произнесла она. – Обычно я редко заставала Стандлер таким, таким ночным и загадочным.

Я перевел взгляд на нее. Девушка скрестила руки на груди и, заметив мой взгляд, опустила глаза вниз, себе под ноги.

– А я только и жил ночной жизнью,- рассмеялся я, снова посмотрев вдаль.

– И как? Весело тогда тебе было? Хотя, если ты сожалеешь о тех временах, то скорее не очень,- Эприл, наконец, встала рядом со мной.

– Да, иногда было круто,- ответил я,- но все это не имело для меня никакого значения. По крайней мере, сейчас не имеет. Ну, веселился я и что? Что я взял от жизни? Только громкий звук музыки и покатушки с «друзьями» на вечеринки.

Девушка молча смотрела на меня.

– А вот я в своей жизни ни на одной вечеринке не была,- сказала она, нарушив паузу.- Взяла от жизни только страдания от невзаимной любви.

– Что ты хочешь, я вообще никогда не любил за всю свою жизнь! – я всплеснул руками.- НИКОГО и НИКОГДА!

Эприл в замешательстве посмотрела на меня. Немного успокоившись от взрыва чувств, я спокойно отошел от ограждения и пошел вперед, по мосту. Девушка, ничего не сказав, пошла за мной. Похоже, ее немного смутили мои слова и поставили в тупик.

Пройдя мост, мы оказались в торговом районе Стандлера. Машины здесь не исчезали ни на секунду, магазины сверкали своими витринами, клубы грохотали своей музыкой. Проходя мимо одного из таких шумных клубов, я резко остановился. Эприл тоже остановилась, ожидая моих дальнейших действий.

– Ни разу говоришь,- произнес я,- это можно исправить.- Больше ни сказав не слова, я взял ее за руку и повел в клуб.

Внутри него было ужасно душно и музыка била на голову своей громкостью. Пройдя мимо вышибалы, мы оказались рядом с барной стойкой. Я воодушевленно смотрел на танцующих людей, ноги мои сами неслись в пляс.

– Пойдем же! – крикнул я, чтобы Эприл меня услышала.

– Ну не знаю, Райдер,- колебалась она.

Снова взяв ее за руку, я вывел ее внутрь толпы и начал танцевать под ритм музыки.

– Давай же!
– кричал я, пытаясь ее взбодрить.

Эприл сначала робко смотрела на танцующих людей и на меня, а затем, немного осмелев, тоже стала двигаться. Вскоре мы вместе кричали слова песни и танцевали и танцевали.

Я вспомнил все мои вечеринки, на которых успел побывать и подчинился воспоминаниям. Да, я снова вернул себя в ту среду, из которой так хотел уйти и, о провождении в которой сожалел. Но мне так хотелось хоть как-то почувствовать жизнь, оказаться с ней рядом, что я был готов и на это.

Когда на улице появился рассвет, люди стали покидать клуб и мы вместе с ними. Идя по светлым улицам, мы с Эприл смеялись и обсуждали наше времяпровождение в клубе. Мне было так хорошо, что я был способен на все, что угодно: я мог забраться на любую крышу дома и прокричать, как я люблю жизнь, хоть давно мертв.

Вскоре перед нами оказался парк с большими фонтанами. Мы сели на один из них и продолжали улыбаться, наслаждаясь утренним парком.

– Это было что-то! Где ты был раньше?
– говорила Эприл.

Я ответил, что не знаю, но рад, что пусть не жизнь, а смерть свела нас вместе.

Встав с фонтана, мы побрели дальше в поисках дома девушки. Мы прошли полгорода, но не устали – это преимущество призраков, духов, которыми мы являлись. И черт, я был в эти минуты даже рад, что таковым являлся: можно было спокойно посещать любые заведения, пройти хоть 1000 километров и ни разу не испытать усталость, дразнить и ставить в замешательство прохожих своими шуточками над ними и не получить нагоняй от них. Во всем есть свои плюсы и минусы.

И вот, наконец, мы дошли до дома Эприл…

Глава 14.

Утреннее солнце освещало дом, в котором раньше жила девушка. Мы подошли к подъезду и остановились рядом с дверью. Эприл все не решалась пройти сквозь нее. Я пытался убедить ее, что все хорошо, что ей нечего бояться, но она продолжала робко смотреть на дверь. Тогда же я проявил инициативу и первым вошел в тихий подъезд, по которому еще не успели пройти люди, спешащие на работу.