Я прижимаю руку к своей груди и качаю головой.

— Прошу прощения, но я не простой смертный. Так что колись.

Уголок ее рта слегка приподнимается, и она шепчет:

— Это фальшивка. Я приобрела его, чтобы сделать парочку трюков на вечеринке на прошлой неделе.

— Сработало?

Она кивает, ее губы изгибаются в улыбке.

— Как по волшебству. Превратила это в кольцо Зеленого Фонаря. Ребенок был в восторге.

— Он и должен был. Кстати, — говорю я, указывая подбородком в сторону давно ушедшей дамы. — Спасибо. На секунду я подумал, что у нее в кармане маленький вибратор.

Ее глаза округляются.

— Такое уже бывало?

Я киваю и закатываю глаза.

— Однажды. На раздаче автографов фанатам.

— Поклонница мастурбировала прямо в очереди?

— Кто-то очень перевозбудился. Но не волнуйся. Я очень впечатлен, что ты спасла меня от той дамочки и незаметно спрятанного ею кольца. Думаю, ты могла бы быть супергероем.

— Ага. Я появляюсь, откуда ни возьмись, и спасаю ни о чем не подозревающих мужчин от замужних женщин с опасными мужьями, которые хотели бы выжать всю жизненную силу из дико популярных мультипликаторов. Ты, вероятно, захочешь пригласить меня на кофе, когда я скажу тебе, что ее муж ростом под три метра, его руки размером с оружие и он носит кастет. Видела его возле магазина, прежде чем зашла.

— Он боец подпольного бойцовского клуба?

Харпер с напускной серьезностью кивает.

— Да. Он — Вишес [4] . Это его бойцовское имя.

— Я определенно должен тебе кофе. Возможно, даже кусочек торта, просто чтобы ты знала, как сильно я ценю то, что ты спасла меня от Вишеса.

— Не дразни меня. Торт — моя религия, — она понижает свой голос. — Я очень долго обдумывала, следует ли провернуть трюк с кольцом или лучше отдать ей это, — говорит Харпер, запуская руку в сумку и вытаскивая пару фиолетовых очков, — и предложить ей надеть их, чтобы помочь лучше трахнуть тебя глазами.

Я смеюсь над ее выбором слов.

— Они предназначены специально для этого? Если да, то я бы хотел купить пару.

Чтобы использовать их на тебе.

Она снова кивает.

— В Ист-Виллидж есть магазинчик, где их продают. Их делают по спецзаказу, но я могу помочь тебе с этим, — говорит она, а затем начинает искать что-то в сумке.

Ее сумка похожа на сумку Гермионы. Да, я читал все книги о Гарри Поттере. Это самая лучшая история, из когда-либо написанных.

Она достает копию моего сборника из своей сумки и кладет ее на стол.

— Можешь подписать это для Елены?

Я бросаю на нее быстрый взгляд, когда вижу чек внутри книги. Она купила ее здесь.

— Харпер, ты не должна была приходить сюда только ради того, чтобы я подписал книгу. Я бы подарил тебе одну.

Она подмигивает мне.

— Приятно знать, что я в шорт-листе [5] . Сейчас у меня есть клиентка, которая тайно влюблена в тебя. Поэтому я отдам ей это в качестве подарка.

— Скажи Елене, что Мистер Оргазм передает привет, — говорю я, расписываясь.

Когда я смотрю вверх, Харпер надевает фиолетовые очки.

Я моргаю.

Святой Боже. Она горяча в них. Как парень, который носит очки, я обращаю внимание на женщин в очках, и никогда не видел, чтобы Харпер носила их раньше. Не буду врать — фантазия о сексуальной библиотекарше сильна. Она заводит меня, когда я думаю о юбке-карандаш, соблазнительно расстегнутой обтягивающей белой блузке и Харпер, склоняющейся над столом, готовой быть отшлепанной за несколько неправильно расставленных на полках книг.

Она пожирает меня глазами, как делала та женщина в очереди, и шепчет игривым тоном:

— Они работают, Ник?

Безусловно, но тебе не нужны очки, чтобы я захотел быть оттраханным твоими глазами. К тому же, я представляю, как ты выглядишь только в них и без одежды.

Погодите. Черт. Нет.

Я ругаю 99,99 % своего мозга за то, что просто подумал об этом. Потому что Харпер — сестра моего лучшего друга. А Спенсер уже обещал сбрить все мои волосы и покрасить мои брови, если когда-нибудь прикоснусь к ней. Нет, я не боюсь Спенсера, мне просто очень нравятся мои волосы. Они светло-каштановые, густые и — что ж, вот тут я собираюсь быть честным — я совершенно точно могу сниматься в рекламе шампуня. Вот. Я сказал это.

Но я также не планирую осуществлять любую свою чертову фантазию о Харпер, даже ту, где я наклоняю ее через кухонную стойку, которая особенно сильна в последнее время. Хотя это не справедливо по отношению к фантазии, где я прижимаю ее к стене, не так ли?

Заметка себе: сегодня же вернуть фантазию о стене обратно на первый план.

Но вернемся к ее вопросу об очках.

— Они работают как по волшебству, — говорю я, повторяя ее слова.

Она снимает их и оглядывается назад. Осталась пара фанатов, постукивающих ногами и держащих свои комиксы.