Наблюдать за тем, как он водит этой штукой по моему животу, было, наверное, одним из самых страшных моментов в моей жизни.

— Док, — позвал Сойер, когда он просто сидел, прищурившись, смотря на экран дольше минуты. Его голос был решительным и нетерпеливым, и взгляд доктора взлетел к нему, сбитый с толку, прежде чем посмотреть на меня.

— Мисс Суини, складывается впечатление, что хоть у вас и были перевязаны трубы, когда вам было восемнадцать, с тех пор этот процесс был обращён.

— Что?! — взвизгнула я, дернувшись вверх, словно молния, но рука доктора удержала меня на кушетке, когда он потянулся оторвать бумажное полотенце, чтобы вытереть гель с моего живота.

Я поправила одежду.

— Мне никогда не делали развязку, доктор Мэддокс. Вы должно быть ошибаетесь. Это невоз… — я встретилась взглядом с Сойером и увидела правду, отражающуюся в его глазах.

Это возможно.

Это возможно , потому что я понятия не имею, что происходило со мной в течение года.

— О Боже, — простонала я, уткнувшись лицом в ладони.

Украденный год моей жизни — это и так достаточно плохо. Но кто-то вторгся в моё тело и делал с ним разные вещи без моего согласия!

Столик передвинулся, когда Сойер снова сел рядом со мной. Он потянулся за мной и притянул к себе на колени, я уткнулась головой в его грудь, руки Сойера так крепко сжали меня, что в это было трудно поверить.

— Вы определенно забеременели, мисс Суини. Если это имеет значение, совсем недавно, — сказал он, оставляя мне вариант, с которым я даже не представляю, как себя ощущаю. Этого никогда не должно было происходить в моей жизни.

— Насколько недавно? — спросил Сойер, и мне даже не пришло в голову, побеспокоиться о вероятности того, что этот ребёнок может быть не его.

— Трудно сказать прямо сейчас. Но, судя по внезапному утреннему токсикозу, всего лишь дни.

Ладно.

Я медленно выдохнула, выдох получился судорожным.

Хорошо.

По крайней мере, это был его ребёнок.

Не то, чтобы это утешало, но, тем не менее, ведь это не был какой-то случайный психопат похититель.

— Спасибо, доктор Мэддокс, — сказал Сойер, как-то пренебрежительно. — Мы займём комнату на несколько минут, а затем выйдем. Отправьте счёт на мой адрес, и я всё улажу.

— Хорошо, — сказал доктор, очевидно сбитый с толку и вероятно благодарный за простой выход. — Мисс Суини, если вам понадобится поговорить со мной по какому-либо поводу , просто приходите.

На этом мы остались одни.

Никогда прежде тишина не была такой громкой.

— Рия, — сказал Сойер спустя несколько долгих минут. Я покачала головой, не готовая говорить, не зная, что сказать. — Рия, — проговорил Сойер, немного более решительно, заставляя меня откинуться назад, чтобы посмотреть на него. — Ты же проследила связь, верно?

Связь с…

О, Боже.

— Майкл, — поперхнулась я, снова чувствуя тошноту, но уже совершенно по другим причинам.

— Это единственное объяснение. Он мог удерживать тебя. Это дерьмо в твоём организме, в больших дозах оно используется в летальных инъекциях. Но в малых дозах, оно используется для введения в искусственную кому. Он мог развязать твои маточные трубы. И уровень гормонов в твоей крови…

— О Боже, — воскликнула я, снова зарываясь лицом в свои ладони.

Гормоны.

И развязывание моих маточных труб.

Он пытался сделать меня беременной, пока я была без сознания.

— Почему? — спросила я, тряся головой, не понимая.

— Вероятно, он сорвался, детка, — произнёс Сойер, его рука скользила вверх-вниз по моей спине. — Потерял жену. Потерял тебя. Он в каком-то роде сломался, чёрт побери. Может быть, он думал, что если заберёт тебя и сделает тебе ребёнка, то сможет вернуть тебя или что-то вроде этого сумасшедшего дерьма.

— Тогда зачем он выкинул меня? — спросила я, оглядев его. — Я не была изнасилована, так что он даже… Не добрался до части оплодотворения.

— У меня ещё нет всех ответов, детка, но клянусь, чёрт побери , я всё это выясню.

Я кивнула на его слова, видя в нём решительность.

— Прости меня.

Я отвела взгляд, смаргивая слёзы, заполнившие мои глаза.

— Простить тебя? — спросил Сойер, потянувшись к моему подбородку и заставляя меня повернуться лицом к нему. — Тебе не о чем просить прощения.

— Я сказала тебе, что не смогу забеременеть. Из-за этого мы решили не использовать защиту.

— Верно, потому что ты совершенно точно должна была знать, что твой дерьмовый бывший-док похитил тебя, вырубил и развязал твои трубы. Как глупо с твоей стороны было не знать, что такое могло бы случиться.