— Это машина компании, и я говорил тебе принести каких-нибудь косточек.

— Я принёс. Но он предпочитает кожу. Ты же знаешь.

— Бл*дь, да, я знаю, — согласился он, звуча при этом раздосадовано, отмечая себе, что придётся заменить везде кожу.

— Пойдём, Слим, — позвал Брок, подходя туда, где Сойер держал поводок, и беря его. Слим вздохнул, поднялся на лапы, прошёл через комнату к Броку и сел у его ног.

Никогда в своей жизни не встречала более ленивой собаки.

— Повеселитесь там, ребятки, — сказал Брок глупым отцовским голосом. — И, Рия, если он станет распускать руки — вилкой прямо в бедренную мышцу.

На этом он ушёл, сопровождаемый звуком моего хихиканья.

— Ладно, пора выдвигаться.

Мы забрались в его машину и отправились в «Семейный». Я была в «Семейном» несколько раз в прошлом, но никогда прежде, даже когда я резервировала столик, меня не звали прямо на подиум и не провожали к одной из приватных кабинок сзади, которые в какой-то степени закрыты ото всех, чтобы предложить посетителям уединённость.

— Мистер Грасси прибудет с минуты на минуту, чтобы поприветствовать вас, — сказала администратор после долгого зрительного контакта, которым она буквально трахала Сойера, что я нашла оскорбительным.

— Выглядишь так, будто хочешь выколоть ей глаза, — сказал он, вручая мне меню.

— Это было грубо, вот и всё.

— Да, за ней водится репутация женщины, которой нравятся мужчины, у которых уже есть девушки. Они требуют меньше усилий или что-то в этом роде.

— Откуда ты знаешь?

Сойер рассмеялся.

— Работал над делом для жены, которая думала, что муж ей изменяет. Угадай с кем?

— О, это чудесно, — сказала я, отодвигая меню, даже не взглянув на него.

— Женщина, которая знает, чего хочет. Мне нравится.

— Они делают самую лучшую феттучини [27] , которую я когда-либо пробовала. Но мы начнём с кальмаров, просто чтобы ты знал.

Нам принесли бесплатную бутылку вина и приняли заказ, когда фигура человека заслонила наш столик. Я узнала Антонио Грасси сразу, как только увидела его. Чёрт, я узнала бы его и двух его сыновей, Луку и Матео, если бы увидела их. Энтони был довольно привлекательным мужчиной, которого я когда-либо видела, высокий и худощавый, одетый в безупречный костюм, с ресницами, за которые я бы умерла.

— Сойер, рад снова тебя видеть, — сказал он, когда Сойер встал из-за стола, чтобы пожать ему руку. — А эта прелестная молодая дама должно быть Рия, — сказал он мне, даря тёплую улыбку, когда взял мою руку и сжал её. — Я так рад, что ты в порядке, моя дорогая.

— О, спасибо вам, — сказала я, слегка смутившись тем, что это было не под моим контролем. Но в его голосе не было жалости, и я приняла это спокойней.

— Я оставлю вас наслаждаться вашей трапезой. Сойер, я буду на связи.

Сойер вернулся обратно за столик.

— Это прозвучало практически зловеще. И, зная слухи о том, что семья Грасси — местная мафия, я представить себе не могу, что это что-то хорошее.

Сойер фыркнул.

— Я не ввязываюсь в криминальное дерьмо в округе. Они занимаются своими делами, а я своими. Это не моё дело.

— То есть ты нормально относишься к организованной преступности?

Голова Сойера наклонилась в бок.

— Всё не так просто. У каждой экономики есть криминальные империи. И в некотором смысле, они нужны миру.

— Значит, торговцы оружием, насильники и…

— Ты не можешь смешивать их всех вместе подобным образом, детка. Насильники совсем в другой категории, чем торговцы оружием. Как правило.

— Торговцы оружием убивают людей.

— Мне приходилось убивать людей.

Это фактически выбило почву у меня из-под ног. Я забыла, что он был бывшим военным.

— Так же как и Брок. И Тиг. Брок, потому что занимался этим со мной. Тиг, потому что у него было тёмное прошлое, и некоторые части его прошлого были жестоки.

— Тиг? Большой плюшевый мишка Тиг? — спросила я, тряся головой.

— Тиг вырос в дерьмовом окружении, с дерьмовой семьёй и с дерьмовыми перспективами выбраться из этого. Дерьмо случается.

— Ты очень равнодушен по этому поводу.

— Он делал плохие вещи, но стал хорошим человеком. Не могу же я предъявлять ему его прошлое против него, в то время как кто-то так же может предъявить мне моё.

— Но ты же был в армии.

— Существует армия и существует то, где мы с Броком были. Это всё, что я могу сказать по этому поводу без того, чтобы меня обвинили в государственной измене. Но позволь просто сказать: Тиг покажется тебе святым, если ты захочешь сравнить наши счета жизней. Да, я просто выполнял приказы. Так же как и он. Правда, мои, предположительно, были ради страны и для сохранения всех невинных в безопасности. Но это не означает, что этого не происходило и что я лучше Тига, потому что я принимал приказы от вышестоящего по должности в армии, а не от торговца наркотиками. Убийство есть убийство.