Но стоило было Энзо и Деймону оказаться на первом этаже дома, как их встретила картина, в виде залитой кровью гостиной, мёртвой Лауры, и обессиленной Бонни, что всё ещё была крепко привязана к стулу.

Тусклый взгляд зелёных глаз ведьмы, скользнул по вампирам. Они были живы, и осознание этого факта, заставило уголки её губ, едва заметно дёрнутся вверх. Всё хорошо – они все смогли выжить. Смогли одержать победу, в этой короткой, но жестокой войне. Но вот только, отчего-то, Бонни не чувствовала долгожданного счастья. Она вообще ничего не ощущала. А перед глазами, то и дело, всплывал образ Паркера. Его обречённый взгляд…

Кай был болен, а Бонни так наивно поверила в то, что способна его излечить, напрочь забывая о том, что диссоциативное расстройство идентичности – не подлежит лечению.

Связь была разрушена, но она оставила неизлечимый след, в обоих сердцах. Всего пять дней потребовалось на то, чтобы она перевернула миры, двух абсолютно разных людей. Смешало плохое и хорошее воедино, заставляя каждого из молодых людей, слишком ярко ощутить эмоции друг друга. Дала понять, что на самом деле, за маской монстра, всё ещё может скрываться человек.

========== Глава 14. Я — Монстр ==========

Прошла уже долгая неделя с того момента времени, как Бонни освободилась от ненавистной связи, Деймон и Энзо вернулись домой, а Кай исчез. Скорее всего, еретик просто залёг на дно, зная, что за ним теперь гонится целый легион убитых им ведьм и ведьмаков его ковена.

Можно сказать, что жизни всех положительных героев этой истории – налаживалась, и каждый из них получил долгожданную свободу, ведь в ближайшее время, монстр будет уничтожен, и последнее сильнейшее зло на этой земле, падёт совсем не героической смертью. Впрочем, Малакай Паркер не заслужил уходить героем. Он умрёт трусом, что до последнего скрывался от своей семьи, наконец, оказавшись в их собственной шкуре.

Теперь, все были счастливы, а в особенности, Елена и Кэролайн, что, будто забыв обо всех проблемах, уже второй день не вылазили из магазинов, будучи в поисках «тех самых идеальных платьев». Впрочем, у девушек на это была крайне веская причина, ведь ровно неделю назад, их подруга сообщила им радостную новость: она выходит замуж.

Признаться, Бонни и сама не поняла, как всё произошло. Они с Энзо и Деймоном выбрались из дома, нашли ближайший госпиталь, и, наконец, напоили вампиров столь желанной кровью, выкраденной из больничных холодильников. А потом, слегка придя в себя, и будто осознав что-то чрезвычайно важное, Сент-Джон, припав на одно колено, и наплевав на кольцо, задал своей возлюбленной только один вопрос:

«– Ты выйдешь за меня?»

В тот момент, Беннет была растеряна и взята врасплох. Девушка всё ещё помнила, как её язык буквально прилип к нёбу, отказываясь произносить слова, а сердце гулко застучало в груди. Она смотрела в столь ласкающие её взглядом глаза Энзо, и понимала, что он с напряжением ждёт её ответа. Наверное, воцарившееся молчание, затянулось на более продолжительное время, чем это было положено. Ведь та, которая действительно любит, не берёт минуты, дни или недели – на раздумья.

Да, за последний месяц, им пришлось многое пережить. Они дважды практически потеряли друг друга, и, наверное, именно это, заставило вампира и ведьму, ещё больше ценить свои отношения. Ведь так легко было потерять того, кого любишь…

«– Да…»

Ответ сорвался с губ, подчиняясь голосу разума, но не сердца. И вот сейчас, сидя в гостиной особняка Сальваторе, и наблюдая задумчивым взглядом за пожирающим поленья пламенем в камине, Бонни понимала, что жалеет о столь поспешном ответе. Но также, она прекрасно осознавала, что время уже не отмотать назад, а аннулировать своё «да», ей и вовсе не хватит духа.

Нет, конечно, ведьма любила Энзо. Любила больше жизни, и мечтала прожить именно с ним все свои оставшиеся годы, зная, что Сент-Джон всегда защитит, и станет именно тем, кого называют «каменой стеной». Только вот было ли честно выходить замуж за влюблённого вампира, когда её сердце, против воли, начинало стучать в разы сильнее, только при одном упоминании имени другого? А в стенах этого дома, в последнюю неделю, имя Паркера упоминалось куда чаще, чем его вообще было бы необходимо произносить.

Беннет невесело усмехнулась. Наверное, она всё же стала жертвой стокгольмского синдрома, иначе, как ещё объяснить её странное, даже для себя самой, влечение к социапату? Всё началось неделю назад, в том чёртовом доме, куда их притащила Лаура. В тот день, девушка впервые почувствовала это. Ощутила где-то глубоко внутри, такую чертовски неправильную жалось к монстру, которая, в итоге, затмила собой ненависть. Да, она знала, что Паркер должен понести наказания за свои деяния, всё что он сделал – не заслуживало прощения, но, наверное, Бонни просто устала ненавидеть. Если бы ещё месяц назад, кто-либо сказал ей, что она найдёт в себе силы простить Малакая, ведьма бы рассмеялась говорившему в лицо. Но сейчас, всё слишком сильно поменялось, и стоило признать, что в большей степени – эта была заслуга ненавистной связи. Она позволила обоим молодым людям, взглянуть на мир – под другим углом. Девушка, наконец, осознала то, что даже самое большое зло, заслуживает второго шанса, в то время как сам парень – ощутил свою человечность. Ту, которую, казалось бы, похоронил уже давно.