31.12.2012

Зафиксирована смерть подопытного "Шурик-12". Результаты вскрытия добавить к отчету."

Порывшись в записях еще минут сорок, Роман обнаружил аналогичные результаты, но с противоположным эффектом. Там, где для получения еды требовалось пройти по лабиринту, подопытный после инъекции демонстрировал улучшение именно когнитивных функций. Достигнув максимума - сумев выбраться из сумасшедшего по сложности лабиринта - он практически утрачивал физическую силу.

Выводы из этих заметок можно было сделать и без прокачанного интеллекта. Происходящее в лабораториях банды было очевидным - ученые работали над веществом, позволяющим сбросить накопленные за жизнь характеристики Силы, Восприятия, Ловкости, Интеллекта, Удачи, Выносливости... и... и перераспределить их заново.

И да - все подопытные в скором времени умирали. До причин смерти Роману пока докопаться не удалось, что жутко пугало и заставляло сердце биться сильно и часто. Ведь сейчас вместо условных номерных “Шуриков” были Машка, Лена, Светлана... и Бог знает сколько еще людей в других городах. А что до подопытных из записок... Роман очень надеялся, что это все-таки были крысы.

В эту ночь Пластинин выспался как следует. Он, конечно, улегся в постель с бумагами и тетрадками, читая и перечитывая заметки химика, но быстро уснул. Главное, что было ясно - четыре с половиной года назад удалось синтезировать вещество, способное сбросить основные характеристики и перераспределить их заново. Оставались вопросы: тестировалось ли это только на животных или на людях тоже, удалось ли справиться с побочным эффектом в виде смерти подопытного через некоторое время после инъекции, с какой вероятностью срабатывало вещество, до какого значения сбрасывались параметры? Касательно последнего - очевидно, что не до нулевых значений, иначе существо после укола оставалось бы практически без здоровья - иммунитета - и любой чих, любой микроб убивал бы его легче, чем ВИЧ-инфицированного. Ноль в Силе приводил бы к полной дистрофии мышц, а обнуленный Интеллект - ну тут тоже все понятно. Аналогичная ситуация с Восприятием, Ловкостью и другими характеристиками. Но раз полного ступора у подопытных не случалось, значит сбрасывалось все не в полный ноль, а до какого-то базового состояния... младенца что ли?

Утром Роман поехал на работу. В этот день он решил продолжить изучение бумаг, отчетов, исследований. Зря он что ли Интеллект повышал? Мало найти причину беды, надо докопаться до того, как с ней справиться, как спасти девчонок. Кто это сделает, кроме него?

Он приехал первым, открыл кафе, встретил уборщицу бабу Маню, немного помог ей - в основном поднимал стулья, чтобы не мешали мыть полы, а потом снимал их со столов. Закончив с уборкой, сел пить кофе. Настроение странным образом было приподнятое, солнце за окном уверяло, что все будет хорошо. О вчерашних неприятностях в борделе напоминала только ноющая левая рука - сутки в наручниках разбередили старую травму.

Пользуясь отсутствием посетителей - лишь пара постоянных клиентов-водителей завтракали на скорую руку - он разложил все материалы на одном из столов. Ощущение было такое, что сейчас он во всем разберется. Прокачанный разум, словно заостренный кинжал, сверкающий в косых лучах солнца, был готов вспороть любую задачу. Главное - начать.

А вот начать не получалось. Организм пребывал в состоянии легкой эйфории и это возбуждение не давало сконцентрироваться. Роман задумался, достаточно ли вообще одного интеллекта для кропотливой усидчивой научной работы? Может быть надо было докинуть еще в Восприятие? Чтобы вот так разложив перед собой бумаги и бросив на них один взгляд, все важные детали выдергивались бы сами собой. Бери - не хочу, как клюкву осенью на девственных болотных кочках.

Роман встал, подошел к ноутбуку за стойкой, поковырялся в плейлисте, поставил Шопена. Поляк всегда настраивал его на серьезный лад. Завтракающие водители с недоумением посмотри в сторону бармена. Один вдруг задумался и изрек, прожевывая хлеб:

– Нормальная тема, у меня раньше на рингтоне стояла... ну на старой нокии.

Роман поморщился и сделал погромче, отгораживаясь звуковой стеной от окружающего мира. Снова сел за стол. Взял один документ, второй... формулы, формулы, непонятные слова. В них он по-прежнему не мог разобраться. Ведь интеллект и все потенциальные способности мозга проявляются лишь в приложении к чему-то. Они дают человеку возможность освоить какой-то материал, найти закономерности, сделать открытие, в конце концов. Но если по теории у тебя полный ноль, то каким бы ты умным не был, с наскоку светилом науки не станешь. Так вышло и с химией у Пластинина. Он попросту не мог опереться на теоретическую базу. Мозг пробуксовывал, разглядывая формулы и схемы химических соединений, словно наскальную живопись. Но даже так он смог сопоставить некоторые используемые в записях термины с расшифровкой анализов Маши. Опять эти фенологликозиды и гликоалкалоиды. Чтобы это ни значило.

Получалось, что как он и ожидал, случившееся с девушками связано с разработками банды, но к пониманию, как вылечить жертв, пока не приближало.

Промучавшись так два часа и полностью испортив себе настроение, Роман собрал документы в стопку, запихнул в пакет и закинул в шкаф с посудой. Сходил покурить, вернулся, налил стопку водки и тут же выпил ее залпом. Вкус почему-то показался странным и не слишком приятным - непривычно. Роман хотел налить еще, чтобы проверить, в порядке ли водка или может быть паленую подсунул поставщик, но тут в кафе вошла Стефания. Он спрятал бутылку, натянул улыбку и еще издалека поздоровался с начальницей. Подходить и обнимать в этот раз благоразумно не стал.

Женщина выглядела отдохнувшей и слегка сияющей.

– Хорошие новости?
– поинтересовался Пластинин.

– Да!
– бодро ответила она.
– Я наконец смогла договориться с доктором из Петербурга, он специализируется на посттравматических и посткоматозных состояниях, завтра он приедет осмотреть Машу.

Пластинина больно укололо Эго. Получается, что он не спит ночами, рискует жизнью, перестраивает свой организм, а спасти Машку удастся какому-то врачу из Питера? Нет, конечно он помогал не из-за награды или в расчете на благодарность. Его мотивация складывалась из совокупности факторов. Это и чувство долга, взращенное в нем с молодых лет, это и тяга к Стефании, о природе и глубине которой он пока старался лишний раз не задумываться, это сочувствие такой замечательной девчонке, как Машка, это и потребность в самореализации, которую разливанием пива не заткнешь, это личные счеты с теми уродами, из-за которых он лишился карьеры и четырех лет жизни. А есть еще и совсем чудная потребность в саморазрушении, которая, после случившегося между Саней и Гошей, завела Романа под прикрытие.

Нет, пусть доктор поможет Машке, пусть поможет всем пострадавшим, Пластинин будет только рад. На его век хватит дел, с которыми другие могут не справиться. Думая таким образом, он отдавал себе отчет, что лукавит. Не велика была вероятность успеха питерского эскулапа. То, с чем он столкнется на берегах реки Волхов в университетах на Неве не рассказывают.

– Мне его знакомые из Петербурга посоветовали, - продолжила Стефания.
– Рассказали, как в свое время он помог им при серьезной травме головы. Это, конечно, немного другое, но все же... говорят, очень хороший специалист. Надо было сразу к нему обратиться, но я понадеялась на...
– она замялась, Роман взглянул ей прямо в глаза.
– На местных врачей, да и вообще растерялась. Как-то все разом из рук стало валиться. Никогда себе не прощу, если упустили время.