Я настолько залюбовалась природой, что не заметила, что кто-то подкрался сзади, пока не почувствовала, что меня сбили ног. Быстро вскочив и громко зарычав я приготовилась отражать атаку, когда увидела смеющегося Джаспера. Поняв, что защищаться не от чего, я разогнулась, грозно смотря на него.

— Может, поохотимся? — ослепительно улыбается он, наклоняя голову.

В тот момент я вообще забыла, зачем мы здесь. Если бы я была человеком, я бы задохнулась от этой улыбки. Только сейчас я посмотрела на Джаспера, не на его шрамы, а на него самого.

Серьёзно, как люди могут быть такими слепыми?

Я всегда знала, что он красивый, но никогда на самом деле не видела его. Какой красивый.

Мой эмоциональный фон напару с лицом, видимо, рассказали Джасперу всё, так как он склонил голову и самодовольно улыбнулся, я улыбнулась в ответ, вновь залюбовавшись его улыбкой.

— Да, я само совершенство, — пожимает плечами Джаспер. — а теперь, может поохотимся?

Я засмеялась, невольно заслушавшись своим смехом.

— На какого мы будем охотиться?

— Мы же в России, разумеется, на медведей, — смеётся он.

— Где они? — я озираюсь по сторонам.

— В паре километрах западнее нас. Сосредоточься на чувствах, инстинктах и следуй им.

Я закрываю глаза и тут же понимаю, о чём он говорит. Горячая кровь манила, я слышала биение их сердец. Их двое. И я побежала, быстрее, чем до этого, следуя своим инстинктам. Медведь зарычал, почувствовав моё присутствие, а я, не дав ему время убежать, прыгнула сверху, впиваясь зубами в манящую венку, пульсирующую на его шее. Кровь приятно остужает горло, окутанное огнём, а я пью, при жизни я бы лопнула, а сейчас, допив огромного медведя, я всё ещё чувствую жажду.

— Неплохо, — задумчиво говорит Джаспер, отделяясь от камня, возле которого он наблюдал за неравным боем. — Отлично выглядишь, — ухмыляется, а я осматриваю себя.

Вся в крови, свитер практически полностью порван, как и джинсы.

— Не припоминаю, чтобы ты с охоты приходил в подобном виде, — возмущённо говорю я, одёргивая остатки свитера.

— Практика, практика и ещё раз практика, — улыбается он. — Чуть дальше их ещё двое, пойдём, ты ещё голодная, — я киваю и двигаюсь в направлении, указанном Джаспером.

Достаточно быстро мы находим их, один такой же большой, как тот, что я выпила перед этим, второй поменьше, наверное, это самка. Джас кивает мне на самца и я, не раздумывая, повторяю то, что делала с предыдущим. Допив, я откидываю его и смотрю на Джаспера, уже разобравшегося со своим медведем. Единственное изменение — выбившаяся прядь волос. И это после такого. Я же похожа на пугало.

— Ты выпил меньше меня, — замечаю я, когда он движется в сторону дома.

— Я охотился три дня назад, — улыбается он. — К тому же, мне требуется меньше крови, чем тебе.

***

Я смотрюсь на себя в зеркало, пытаясь узнать девушку, стоящую напротив. Длинные светлые волосы, спускающиеся кудрями до бёдер, стройная фигура, шикарные формы, ужасные глаза.

Я никак не могу смириться, что девушка, глядящая на меня из зеркала — я. Конечно, больше всего меня пугают глаза. Красные, цвета крови. Но и всё остальное не оставляет равнодушной. Девушка в зеркале бесспорно красавица, она почти так же красива, как Розали, но она это не я. Вернее, я не узнаю себя в ней.

В зеркале возникает Джаспер, кладя голову мне на плечо. Раньше я всегда смущалась, что он гораздо красивее меня, теперь я точно не смогу сказать этого. Разумеется, нет никого красивее Джаспера для меня, но в глазах других мы теперь будем равными.

На мне одето белое платье до колена с пышной юбкой, мой похоронный наряд. Через полчаса я должна лечь в гроб и стараться не дышать, чтобы не осложнять задачу Джасперу.

— Не дыши, не двигайся, — напоминает Розали, подлетев ко мне. — старайся максимально помочь Джасперу, хорошо? — я киваю.

Меня сажают на кресло, надевая парик, похожий на тот цвет, который у меня был до обращения.

— Ты слишком красива, — прокомментировала Элис своё решение по поводу парика. — хоть твои волосы скроем.

На лицо наносят косметику, не украшая, а наоборот, пытаясь изуродовать.

Лицо делают чуть овальнее, нос чуть крупнее, но главные штрихи — синяки и кровоподтёки, сделанные так, что создается впечатление, будто их наоборот пытались скрыть, а не показать.

Я ложусь в гроб, мне помогают правильно положить тело, и замираю.