Она медленно пошла к виднеющейся двери ризницы. Наконец-то встретиться лицом к лицу с тем, кто станет ее супругом! С мужчиной, что отправлял задир в больницу, а женщин — в обморок от испуга.

Ее жених стоял прямо, как солдат, в противоположном углу небольшого каменного помещения. «Женщины, — подумала Миранда, разглядывая его, — иногда ведут себя чертовски глупо».

Она закрыла дверь и стала ждать, когда он заговорит.

— Вы пришли. — В глубоком голосе лорда Арчера прозвучало удивление.

— Да.

Он был высоким и очень крупным, но, пожалуй, без единого грамма лишнего жира. Широкие плечи, мышцы, которые не скрывал темно-серый отлично скроенный костюм, и длинные сильные ноги в серых шерстяных штанах. Не элегантный стройный мужчина из высшего общества, но грубый здоровяк, напоминающий матерого рабочего из доков. Другими словами, у лорда Арчера было сильное тело настоящего мужчины, которое бы привлекало и удерживало внимание дам, если бы не одна бросающаяся в глаза особенность.

Миранда перевела взгляд на его лицо и увидела черную твердую маску с нарисованной улыбкой Моны Лизы. Такую надевают на карнавал. Из-под маски выглядывал черный шелк, который скрывал всю кожу. Странный, пугающий наряд, но она не собиралась падать в обморок.

— Я подумал, что лучше вам заключить этот союз с полным пониманием, на что идете, — дав Миранде время рассмотреть себя, сказал он наконец и погладил серебряный набалдашник трости пальцами в черной перчатке. — Было бы глупо пытаться скрыть от вас свою внешность.

Лорд Арчер говорил с такой невозмутимостью, что ей оставалось только изумленно таращить глаза. И тут перед Мирандой встала другая картина — воспоминание, смутное, ускользающее, словно огонек свечи на ветру, о другом мужчине и другом месте. О мужчине, что также стоял в тени и чье чудесное стройное тело потом месяцами являлось ей во снах, вынуждая желать чего-то в то время ей непонятного, заставлявшего гореть жарким пламенем в холодные ночи. Как было стыдно жаждать того загадочного незнакомца! Но он не мог быть лордом Арчером. Тот говорил, будто тень, хрипло и едва слышно, а ее жених — сильным грудным баритоном.

— Присмотритесь хорошенько, мисс Эллис! — Трость с треском опустилась на каменный пол, и Миранда аж дернулась. — Вы все еще хотите выйти за меня? — спросил Арчер спокойнее.

Она шагнула вперед, и ее якобы жених застыл.

— Кто вы такой? Актер? — Гнев взметнулся словно пламя. — Если это шутка, которой отец решил меня наказать, то извольте знать…

— Я лорд Бенджамин Арчер, — сказал он с такой горечью, что Миранда застыла. В прорезях маски яростно блеснули глаза, рука сжала трость. — И я не шучу, хотя бывают дни, когда я бы этого хотел.

— Зачем вы носите эту маску?

— Спрашивает та, чья красота — такая же маска, как и моя.

— Простите?

В ответ лишь пристальный взгляд и неподвижная черная маска, парящая, словно бюст, над широкими плечами.

— Что есть красота и уродство, как не ширма, по которой человек делает выводы, не заглядывая глубже? Посмотрите на себя. — Арчер указал на ее лицо. — Идеальная красота, без единого изъяна. Мисс, я видел ваше лицо и прежде. Микеланджело вырезал его из холодного мрамора триста лет назад, божественной рукой создав предмет поклонения мужчин. — Он шагнул ближе. — Скажите, мисс Эллис, разве вы не используете эту красоту, как щит, закрываясь от мира, дабы никто не узнал вашу истинную природу?

— Ублюдок! — выпалила Миранда, когда вернулся дар речь. За всю жизнь ее несколько раз били, заставляли красть и лгать, но еще никто и никогда не заставлял чувствовать столь выставленной напоказ.

— Уж какой есть, и лучше вам узнать об этом сейчас.

Миранда попыталась подобрать тяжелый шлейф, но ткань выскальзывала из пальцев.

— Я пришла сюда по доброй воле и не потерплю жестоких нападок, — ответила она, наконец овладев собой. — Прощайте, лорд Арчер.

Он было двинулся, но остановился, словно боясь подойти слишком близко, и глухо спросил:

— Что я должен сделать?

Едва сдерживаемое желание в его голосе заставило Миранду обернуться.

— Если вам так противны мой характер и внешность, то почему же вы попросили моей руки? — процедила она сквозь зубы.

Его темная голова едва заметно дернулась.

— Я — последний из рода, — сказал он немного неуверенно. — И хотя люблю королеву и страну, но не собираюсь позволить короне поглотить наследие моих предков. Мне нужна жена.

Миранде даже в голову не пришло, что когда-то она обзаведется ребенком от этого мужчины. Это казалось невероятным.