– Здравствуйте, - обратилась вежливая Ирка к старику в полосатом старом пиджаке, курящему какую-то дрянь на скамейке у дома.

– И вам здравствовать, - неторопливо ответил он.

– Скажите, скоро дождь будет, да? Или все-таки можно идти дальше? А то вон как парит.

– Да нет, - он пыхнул сизым вонючим дымом.
– Дождя сегодня-завтра точно не будет. Кости-то не ломит. И спина, вроде, в порядке. Не будет дождя, значит. На хорошую погоду - так по всему.

– А что же там гремит тогда?
– ткнул Пашка в далекий горизонт.

– Так у нас тут завсегда гремит. Война, ить, она тихой никогда не бывает.

– Какая еще война?
– вскинулся Юрка.

И народ тут же неорганизованно зашумел:

– Я же говорил, хреново будет без связи!

– Нет, что за новости, а? Как в книжке, что ли? Стоило куда-то уехать из дома на пару дней, так уже сразу и война?

Дед спокойно курил и рассматривал шумящих приезжих.

– Так, а вы сами не на войну, что ли? Вон и одеты вроде по-военному, и армата разная, вижу... Так, что спрашиваете тогда, раз и так все знать должны?

Людочка умоляюще сжала руки у груди:

– Дедушка, миленький, с кем война-то? Мы же просто совсем не знаем ничего! Мы же только сегодня из дома!

– Тьфу! С кем война, с кем война... С кем надо, с тем, стало быть, и война! Приехали тут... Туристы... Эх!
– старик махнул рукой и ушел в дом, хлопнув дверью.

– А правда ведь, здорово громыхает, - заметил, отдуваясь, Пашка.
– А я тащу тут, бурчу, не слышу ничего. Ну, у кого айпадик работает?

Связи не было никакой. Совсем. А в деревне непривычно не наблюдалось проводов и столбов. Любых, даже самых старых, деревянных, побитых временем и поеденных древоточцем.

– У них тут и телефонов нет, похоже...

– Конечно, нет. И телевизоров. И компьютеров. И вообще ничего тут у них нет. Куда ты нас привез, Юрко?

Юрка оглядывался растерянно и отругивался не зло:

– Не привез я вас... Сами ведь приехали... Еще и другие приедут... Все по карте. Место в лесу хорошее - сам видел.

– Юр, ты лучше скажи - что делать прямо сейчас будем? В лес пойдем или как?

Он посмотрел на часы: возвращаться обратно было уже поздно. Предлагал же всем выезжать с самого утра, пораньше. Нет, возились, как обычно, до самого обеда. А теперь уже ни автобуса не будет до утра, ни электрички. И в лес на ночь глядя...

– Ну, устроимся тут пока. Как-нибудь...

...

"Как-нибудь" получилось только у того же деда, который будто и ждал за дверью, когда они примут решение. В дом он никого не пустил. Даже девчонок. Хмурился и не понимал намеков. А сарай во дворе на задах открыл. Внутри пахло старым сеном и теплым сухим деревом. В узкое незастекленное окно под самой крышей вливался свежий воздух. И комары.

– Вам тут вот места на всех хватит?

– Да, спасибо вам! Все же не в лесу...

– Ну, и ладно тогда.

...

Ужинали всухомятку, не рискнув разводить во дворе костер. В дом к печке уже не просились. Дед смотрел на них злобно и бурчал что-то нецензурное про "дезертиров" и "мамкиных вояк".

Над лесом поблескивали зарницы. Накатывал гул и грохот. Иногда вздрагивал пол, как в тех домах, которые стоят над линией метро.

– Да какая тут война, что вы!
– переговаривались мальчишки.
– Теперешняя война такая: ракетой бумкнут, и сразу - тишина. И все, значит. А потом десантники пройдут, зачистят быстренько. А тут - вон как гремит. К дождю, наверное. В степи так бывает. Вроде, небо чистое, вызвездило, только полыхает где-то вдали. А потом как грянет! А утром - снова солнце.

– Да какая же тут степь? Вон же лес стеной!

– Так, а за лесом тебе что? Конечно, степь. Там и грохочет, значит.

С тем и уснули, разделившись: девочки - налево, мальчики - направо.

...

– Эй, вставайте!
– разбудил их стук в ночи.
– Было полбеды, да теперь вся беда. И мчится уже к нам помощь, да где еще она? А нам бы вот только ночь простоять, да день продержаться. Ну, есть еще хоть кто живой? Ночь бы нам, да еще день...

Спали, как были, в камуфляже, по-походному. Поэтому выбрались из сарая быстро. Перед высоким военным стоял навытяжку старик. "Ел глазами", выкатывал грудь.

– Я всегда готов!

– Нет, дед. Твое время уже прошло. А вот постояльцы твои... Эх, хороши, ведь! Ну, что, поможете своим?

– А вы кто такой, собственно?

– Да я сам местный. Тутошний, можно сказать. Меня, вон, дед Пахом в детстве не раз крапивой стегал...

– А нечего за чужими-то яблоками!
– тут же сварливо откликнулся старик.

– Вот. А теперь я - там, - махнул военный рукой в сторону далекого гула.
– Нам там совсем тесно. Просто никак уже. Нам бы людей, хоть сколько. Понимаете, а? И патроны есть, и снарядов хватает, да вот с людьми - просто никак. Ночь бы всего нам простоять, да потом день продержаться. А там уже и наши подойдут. Должны подойти.