Брат повел Демоса по узким улицам. Чем дальше они шли, тем тише становилось пение. Именно здесь, после вереницы храмов и часовен, начинался настоящий Эклузум. Все пространство занимали административные здания, дома наставников и послушников, казармы, трапезные, кузницы, склады и хранилища. Были здесь и сады, огороды, клумбы с лекарственными травами. Особняком стояло строгое здание Коллегии дознавателей, подвалы которого, как утверждали слухи, уходили на несколько этажей вниз и были оснащены механизмами, способными вытянуть из человека самые темные тайны.

«Настоящее государство в государстве. Страна церковников. И она столь плотно срослась с империей, что подчинила своему влиянию всю нашу жизнь. Великий наставник, неизменно заседающий в Малом совете. Божьи заповеди, ставшие имперскими законами. Стены Эклузума, способные выдержать длительную осаду. Коллегия, угрожающая кострами даже аристократии. Целая армия рыцарей и братьев-протекторов, обширные владения во всех уголках земель Криасморского договора, независимый банк… Не хватает только монет собственной чеканки с профилем его святейшества. Когда, в какой момент, мы позволили всему этому случиться? Что упустили наши предшественники?»

Они с Ренаром дошли до маленького сада, разбитого на задворках лазарета. Здесь не было посыпанных мраморной крошкой аллей и украшенных скульптурами фонтанов — лишь вытоптанные сотнями ног дорожки, ровные ряды фруктовых деревьев и грядки с целебными травами.

— Я тебя знаю. Ты бы не пришел просто так, Демос, — убедившись, что вокруг не было ни души, начал брат. — Что тебе от меня понадобилось?

— В самом деле, я здесь не ради исповеди. Мне нужна помощь.

— Неужели? — хмыкнул брат. — Глава Дома Деватон в кои то веки снисходит до младшего брата и унижается до просьб о помощи? Что в лесу сдохло?

— Император, если ты не заметил.

— Храни Гилленай его душу, — отозвался Ренар. — Этот факт мимо меня не прошел.

— Ну, ты сам сказал, что был слишком занят. Вдруг и такое событие упустил.

Рыцарь-капитан резко развернулся, звякнув доспехами.

— Ты пришел сюда издеваться? — прошипел он. — Если так, то вряд ли это убедит меня тебе помогать.

Демос устало тряхнул головой.

— Прости меня, Ренар. Я не хотел тебя обидеть. Возможно, не стоило приходить вот так… Однако дело безотлагательное, а у меня связаны руки.

«Но ты, замечу, начал первым».

Ренар, казалось, удивился.

«Не ожидал, что я буду рассыпаться в извинениях, верно? Чего только не сделаешь ради любимого брата. В конце концов, мне давно следовало попросить у тебя прощения».

Рыцарь-капитан нервно дернул плечами и наградил родственника хмурым взглядом. Но все же сдался:

— Скоро обедня. Говори быстрее.

— Я разыскиваю одного наставника. Мне донесли, что он общался с императрицей накануне ее отъезда. Мне нужно с ним связаться, но, к сожалению, божий человек покинул дворец, а я не смог найти его следов.

— Почему ты спрашиваешь меня, а не обратился в канцелярию Эклузума?

Демос тихо усмехнулся.

— При всем уважении, более неповоротливого бюрократического механизма, чем канцелярия Эклузума, я еще не встречал. Поверь человеку, полжизни занимавшемуся бумажной работой: получение ответа на простейший вопрос может занять несколько недель. Но сейчас на подобную роскошь времени нет.

— Так, выходит, это не праздный интерес?

— По-твоему, я бы стал отвлекать тебя ради удовлетворения собственных капризов? — раздраженно проговорил Демос. — Ты служишь церкви, я — государству.

«Впрочем, я уже не всегда понимаю, в чьих интересах действую».

Ренар тяжело вздохнул.

— Ладно. Как его зовут?

— Наставник Тиллий.

— Довольно распространенное имя среди слуг Хранителя, — пожал плечами брат. — Расскажи подробнее. И учти — я знаю далеко не всех.

«Того, кто был вхож во дворец, думаю, знаешь».

Демос рассказал о визите церковника к императрице накануне ее побега. Разумеется, о некоторых деталях он умолчал — незачем втягивать в это запутанное дело еще и брата. Ренар слушал внимательно. Когда Демос закончил, он задумался.

— В Ульфисской обители есть один Тиллий. Вполне подходит под твое описание и бывает в Миссолене чаще других монахов.

— Почему?

— Этот монастырь — женский, — пояснил Ренар. — Но, как ты должен помнить, женщины, даже если они — сестры Хранителя, не могут быть допущены к совершению ряда таинств и обрядов. Потому в их обителях всегда находятся несколько братьев церкви.

«Знал ли Ренар, что Изара-Таналь якобы отправилась именно в Ульфисскую обитель? Но, раз там ее нет, зачем же тогда к ней приходил Тиллий?»