— На двери есть какие-то ловушки или печати? — спросил он мышь.

— Нет, не с этой стороны, — подавленно отозвалась та.

— Превосходно. Мы с тобой немного прогуляемся вниз по улице, и когда я достаточно отойду от башни, я освобожу тебя — если не вмешается Ифегор.

— Я ничего ему не сказал, — заверила мышь.

Джек вышел наружу и зашагал по мостовой, моргая от солнечного света. Было пасмурно, но после сумрака башни ему казалось, что сейчас ясно, как в летний полдень. Он держал свой сжатый кулак рядом с рукоятью меча, надеясь, что никто не заметит крошечную серую морду, торчащую между его большим и указательным пальцем. Даже не оглядываясь на башню, он скользнул в толпу.

Джек миновал уже три двора, когда Ифегор наконец настиг его. У его ног сверкнула вспышка света и поднялись клубы зловонного дыма. Перед ним стоял волшебник, пылая от ярости — ноздри раздувались, а глаза горели, как угли.

— Не двигайся, — прошипел маг. — Тебя настигла расплата, осквернитель моего дома!

Джек сунул мышь прямо ему в лицо и легонько сжал кулак.

— Осторожно, Ифегор. У меня твой фамильяр!

Мышь пискнула.

— Не… так… сильно!

Ифегор Чёрный, ужас могучих воителей, кошмар чародеев-соперников, злой рок огромных чудовищ и гроза древних преданий, в ужасе отпрянул. Он целых пять секунд с открытым ртом таращился на Джека, прежде чем взять себя в руки.

— Тронешь хоть волосок на этой мыши, — сказал он смертельно тихим голосом, — и я прикажу твоим костям высвободиться из твоей плоти и провести остаток вечности, безустанно маршируя по лицу этого мира. Кто ты такой?

— Меня зовут Маркус, — пожав плечами, сообщил Джек.

— Что ж, ладно, Маркус. Теперь ты можешь опустить моего фамилиара, не делая резких движений. Если ты будешь в точности следовать моим указаниям, я могу оставить тебя в живых. Вопросы есть?

Джек понимающе кивнул, проглотив угрозу. Он наклонил голову, как будто намереваясь опустить мышь на землю.

— Один есть, — сказал он. — Видел когда-нибудь, как летают мыши?

И с этими словами он как можно выше подбросил крошечное создание.

Ифегор поднял потрясённый и негодующий взгляд, проследив за своим фамильяром. Именно это мгновение Джек выбрал, чтобы со всех сил ударить высокого волшебника прямо в кадык и броситься наутёк.

Ифегор забулькал от боли, задыхаясь, и рухнул, как бык на бойне. Глаза волшебника отсутствующе уставились на достигшего вершины своей дуги грызуна в воздухе. Джек бросился к ближайшему углу, спасая свою жизнь. Он сомневался, что убил Ифегора, а это означало, что рано или поздно некромант придёт в себя и будет необычайно зол.

— Ловите меня, хозяин! — в ужасе пискнула мышь, устремившись вниз и напрасно размахивая своими крошечными лапками.

Волшебник булькнул и неловко рванулся, выбросив вперёд руку в титаническом усилии. Невероятно, но ему удалось словить своего кувыркающегося фамильяра, прежде чем Ифегор рухнул спиной в уличную грязь. Его лицо приобрело синеватый оттенок, но он наконец сумел сделать долгий хриплый вздох. Прохожие поблизости переглянулись, затем аккуратно обогнули распростёртого мага, продолжая свой путь.

— Я… кажется, я цел, — пискнула мышь. — Ой, спасибо, хозяин! Спа…

И на этом всё кончилось, поскольку именно в это мгновение колесо проезжающей мимо повозки переехало сразу мышь и сжимавшую её руку волшебника, раздавив и то, и другое. Треснули кости, потекла кровь; Ифегор, с закатившимися глазами, издал жуткий придушенный крик, на мгновение сел невероятно прямо, а затем упал обратно в грязь, как чёрное знамя, которое сорвали с древка в битве.

Джек проверил сумку, чтобы убедиться, что добыча по-прежнему там, и зашагал вниз по улице. Нужно было спешить, если он хотел добраться к особняку Флитвуд вовремя, чтобы сопровождать Иллит на бал Оранжевого Владыки.

Два часа спустя Джек и Иллит стояли на террасе с видом на море, слушая сочившиеся из белого дворца позади них нежные ноты музыки. Был закат. На несколько минут в конце дня красное солнце будто повисло под тяжёлым, затянутым тучами небом и над свинцовым морем, окрасив огненно-багровым и ярко-золотым и город, и небеса. Ассистенты Игры, должно быть, записали маски предыдущей сессии, поскольку Иллит снова была леди Журавлём, а Джек в своём роскошном наряде был лордом Лисом.

— У нас здесь около двадцати улик, не считая слухов, и я всё равно не чувствую, что приблизилась к разгадке, — пожаловалась Иллит. Она делала заметки в небольшом журнале, задумчиво изучая ключи, которые они с Джеком успели собрать. — Если бы среди ключей были утверждающие, а не только отрицающие!

— Это было бы слишком легко, — заметил Джек, — и в таком случае у организаторов быстро бы закончились возможные ключи. Если дать подсказку, что такой-то и такой-то — Красный Владыка, это исключает шесть из семи возможностей. Но если вместо этого дать подсказку, что такой-то и такой-то — не Красный Владыка, это исключает всего одну из семи возможностей. Раздражающе умно.