– В чем дело? – Насторожился он.

Лицо Тамуры приобрело какое-то виноватое выражение.

– Кажется, я их разозлил.

– Кого? Призраков?

– Нет, тех чужаков. Прошлой ночью я слишком к ним приблизился и, видимо, растревожил. Сегодня, пока тестировали оборудование, я несколько раз проникал в измерение мертвых, и мне показалось, что там стало очень тревожно. Нет, я, наверное, плохо объясняю…

– Я понял, – прервал его объяснения Кучики. – И чего нам ждать?

– Я не знаю, – признался колдун. – На всякий случай, готовьтесь к худшему. Мне пора бежать, – он быстро оглянулся на разложенные на земле приборы. – Я еще должен установить барьер вокруг нас.

И он поспешно умчался.

– Вот так, – озадаченно прокомментировал Хаями. – Напугал и удрал.

– Не могу сказать, что он меня напугал, – надменно заметил Кучики. – Я всегда был готов к худшему. Возьмите эти бумажки, они могут вам пригодиться. Это его магические формулы.

И он, разделив стопку на три части, раздал их Хаями, Ренджи и Рукии. Наото ухмыльнулся. Действия Бьякуи ясно указали, что он тоже крайне встревожен, но, разумеется, ни за что не покажет этого. Но Хаями не стал ничего говорить об этом, только спросил:

– А ты как же?

– У меня еще остались стрелы. Немного, но для сложных случаев хватит.

Суета у приборов входила в завершающую стадию, в связи с чем гвалт многократно усилился. Тамура спешно дорисовывал какие-то знаки углем на камнях мостовой. Куроцучи орал на подчиненных, а те торопливо в чем-то ему отчитывались. Инженеры один за другим выбирались за пределы начерченного колдуном круга, а у приборов, проверяя соединения проводов, копошилась Нему.

– Все сюда! – Заорал Кьораку, пытаясь перекрыть гомон занпакто, устроивших возню за его спиной. – Капитаны!

На зов откликнулась вся боевая команда: и капитаны, и лейтенанты, и их занпакто, – все стянулись и выстроились вокруг командира. Шунсуй удовлетворенно кивнул. Армия выглядела вполне внушительно.

– Как вы уже поняли, мы сейчас попытаемся получить какие-то данные, – бодро начал он. – Маюри со своей аппаратурой укроется под кидо-щитом. Кроме того, колдун там тоже что-то нахимичил. Это поможет? – Обернулся он к Шихоинь.

– Он сказал: возможно, – пожала плечами Йоруичи. – Говорит, слишком мало времени, чтобы создать достойную защиту. К тому же, насколько я поняла, он ждет какого-то экстраординарного прорыва. Так что он отнюдь не уверен в своем барьере.

– В общем, наша задача – держать оборону, – подытожил Кьораку. – Никого не пропустить к центру, иначе Маюри нас утром прибьет за свои приборы. Не говоря уж о том, что это, похоже, наш единственный шанс разобраться. Разобьемся на пары по секторам. Мы с Укитаке будем держать здесь. Вы двое, – он указал на Кучики и Хаями, – идете направо, ваша зона – до стены. Йоруичи и Тоширо – туда, – он указал налево. Держим круг пошире, чтобы не зацепить случайно все эти агрегаты.

– Но они могут появиться прямо тут, – озабоченно заметил Укитаке. – У самых ворот.

– Да, верно, – Кьораку на мгновение задумался. – Тогда, видимо, нам стоит оставить лейтенантов у щита, а потом, когда они убедятся, что здесь никого нет, вернутся к своим капитанам.

На том и разошлись. Бьякуя предложил Хаями занять позицию у стены, втайне полагая ее более безопасной. Тот не стал спорить, решив про себя, что успеет везде, если понадобится. Лейтенанты расположились на временных точках возле созданного Куроцучи кидо-барьера, капитаны разошлись в разные стороны, занпакто встали рядом с владельцами.

И наступила тишина. Разрушенный город медленно погружался во тьму.

***

Внезапно над развалинами прокатился рокот. Синигами даже сперва не поняли, что это гул враз высвобожденной реяцу. А потом надвинулись черные тени. Со всех сторон. И было их невообразимо много.

Колдун не соврал: атака действительно была несравнима со всеми предыдущими. Даже капитаны поежились от жуткого духовного давления нападавших. Лейтенанты лихорадочно заозирались в поисках тех, кто мог попытаться прорваться к куполу, под которым сидели спина к спине Тамура со своим занпакто и замерли у приборов отец и дочь Куроцучи. Ренджи первым заметил стремительное движение: кто-то бросался на него гигантским прыжком.

– Реви, Забимару! – Едва успел рявкнуть Абарай, выставляя перед собой клинок, в который тут же впились парные камы.

– Хисаги! – Обалдел Ренджи, признав нападавшего.

Перед ним действительно стоял бывший лейтенант девятого отряда. Взгляд хмурый, но какой-то безразличный, будто он не сражаться пришел, а посидеть на скучном собрании. И его меч был высвобожден, что случалось с ним крайне редко. Хисаги, когда его атака оказалась отражена, на миг замер в двух шагах от Абарая, глядя тому в глаза…