– Сейф начальника Лиги заперт.

– Я разберусь.

– С усилителем.

– Это не страшно.

– Ладно, – решил шеф, – если ночью мне поступит сигнал от Лиги, я немного задержусь. Шлепай свои печати и беги оттуда. Может быть, я и не успею тебя сцапать. А если успею, извини, ночку придется здесь переждать. Не могу же я публично сознаться, что ты с моего разрешения в чужие окна лазишь.

– Спасибо, дядя Фодгомен, – просиял Сэйнамон. – Надеюсь, вам не придется меня задерживать.

***

Разговор с отцом прошел даже проще, чем ожидал Сэйнамон. Хочешь учиться? Да сколько угодно! Хоть сейчас поезжай. Молодой человек, немного стыдясь своего обмана, решил про себя, что непременно постарается зацепиться в столице, даже если его спортивная карьера не сложится. А там время все расставит по местам.

Чтобы скоротать вечер и не слишком волноваться перед ночной вылазкой, Сэйнамон укрылся в своей комнате, которую прежде делил с двумя братьями и которая перешла в его единоличное пользование, когда оба они обзавелись семьями и собственными домами. Жилище это было более чем скромным, и даже кровать стояла всего одна; в прежние времена братьям приходилось устраиваться спать на полу. Всеобщая бедность – вот самая характерная черта колоний бывшей великой империи. Бедность на островах была настолько всеобъемлющей, что ее даже никто не замечал по причине отсутствия контраста.

На самодельном столе стоял слегка надколотый сбоку хрустальный шар. Собственно, шар был стеклянным, а хрустальным назывался лишь по традиции. В прежние времена, когда люди только изобрели этот способ связи, шары действительно вытачивались из хрусталя, но со временем стали использоваться и другие материалы. На самом деле, даже и шар не особенно нужен, просто с шаром сподручнее. Сэйнамон взял его в руки, повернул так, чтобы скол на поверхности не слишком мешал смотреть, и сосредоточил свою волю внутри стеклянной сферы. Он настроился на прием многочисленных телепатических сигналов, идущих из разных концов света.

Где-то далеко отсюда специальные люди, наблюдающие разные интересные события, при помощи особых усилителей транслировали в пространство свои ощущения; любой, кто всматривался в хрустальный, стеклянный или любой другой шар, да хоть в миску с водой, пожелав увидеть нечто определенное, мог поймать этот сигнал, видеть и слышать происходящее так, будто сам находится в месте событий. Сам шар, разумеется, не имел здесь никакого значения, все зависело от магической силы, от воли и желания человека, просто именно на шаре оказывалось легче всего сосредоточиться. Люди часто использовали такие вспомогательные инструменты, не имеющие никакой отдельной ценности. Иногда они так привыкали их использовать, что уже не могли без них обходиться. Телепатическую связь без хрустального шара уже вовсе не представляли, ведь с шаром гораздо удобнее. Или вот новостные трансляции. Много всего интересного можно увидеть, если, сосредоточив внимание в шаре, позволить своему разуму блуждать по волнам передаваемых сигналов.

Стоит ли говорить, что Сэйнамон искал трансляции магических состязаний. Только они интересовали его с тех самых пор, как он еще подростком впервые увидел Большой турнир семи королевств. Маги самого высшего разряда, великие мастера сражались друг с другом, команда на команду, порой и один на один, и это невероятной красоты шоу всегда собирало множество зрителей. А сколько людей в это время смотрело в свои хрустальные шары, и вовсе не поддается подсчету. Самой сокровенной мечтой Сэйнамона было однажды оказаться на красноватом дымчатом камне арены в составе одной из великих команд.

Не было никаких предпосылок к тому, чтобы ему там оказаться. Королевство – это королевство, а колония – это колония. Жители Вианны относились к островам пренебрежительно, а островитян считали людьми второго сорта. Не то чтобы к этому были особые причины, просто стекались сюда в свое время бродяги и авантюристы, которым не нашлось места на родине. С тех пор все изменилось, острова Рэса стали приличным местом, но давняя привычка засела в коллективном подсознании. Да и не только в пренебрежении дело. Там, на материке, боевой магии обучаются с детства, под присмотром грамотных тренеров, узнают множество различных приемов, а не два с половиной, как Сэйнамон. Таланты замечают рано, берут в национальные команды, сперва детские, потом юношеские, а кто не наиграется, становится взрослым профессионалом. Лучшие из лучших попадают в королевскую сборную и сражаются с командами других королевств. И как, скажите, втиснуться в эту отлаженную систему выскочке из колонии, неотесанному, необученному, не состоящему хоть в какой-то команде, не имеющему представителя? Сэйнамон Нисс знал, что это невозможно, но это не мешало ему видеть себя в мечтах рядом со своими кумирами.

Идея с подделкой заявки пришла ему в голову случайно, и обдумывал он ее недолго. Сейчас или никогда, решил он. Потом затянет взрослая жизнь, работа, семья, дети, с места уже не сорвешься. Нужно теперь, пока нечего терять, пока достаточно юношеского задора и бесшабашности.

Ничего толкового в шаре поймать не удалось. Транслировали какой-то любительский турнир, который и смотреть-то было не слишком интересно, к тому же только на иностранном языке. Сэйнамон немного жалел теперь, что впустую потратил кучу сил, а ведь ему предстояло еще одолеть запор на двери сейфа начальника Лиги.

Усилитель, с которым предстояло сражаться, весьма забавная штука. Лень – болезнь цивилизации. С давних пор люди пытались найти способ, как бы затрачивать поменьше сил на выполнение обыденных операций. И однажды было открыто свойство солнечного камня накапливать выделяемую людьми магическую силу. Солнечный камень, названный так за свой насыщенный, словно светящийся изнутри желтый цвет, – это довольно распространенный минерал, легко расслаивающийся на тонкие чешуйки. Выяснилось, что он вбирает в себя энергию, которую производит человек, совершающий любые ежедневные магические действия. Наиболее заряженные минералы находят возле нынешних и бывших поселений, но и отдаленные залежи, несмотря на некоторое рассеяние энергии, тоже что-то накапливают со временем. Люди научились активировать солнечный камень, немного меняя движение силы в нем, так, чтобы минерал мог отдавать накопленную энергию под влиянием самого слабого магического сигнала. Теперь нужно было применить лишь самую малую толику собственной силы, всего лишь подумать, и нужное действие производилось словно само собой. Такие измененные камни и назывались усилителями.