Вошел в кофейню, осмотрелся. Даже в понедельник утром народу здесь было многовато. В помещении витал сладковатый запах кофе и женских духов. Играли заунывные хиты «Русского радио», приглушаемые болтовней посетителей.

Я подошел к стойке с кофе-машиной и заказал большой стакан капучино. Потом отдал юной девушке-баристе свой мобильник и попросил зарядить его, пока я здесь. После этого занял свободный столик подальше от окна и принялся ждать нового знакомого.

Пока сидел, прощупывал взглядом посетителей кофейни. С утра здесь в основном был молодняк: компания юных студентов с заспанными лицами расположилась за одним из столиков и общалась на повышенных тонах. Ближе к окну сидели девушки-подружки с дредами и афрокосичками и о чем-то оживленно беседовали, попивая кофе. Выпадали из общей картины двое сытых и мордастых мужиков в строгих костюмах. Они сидели у окна, уткнувшись в телефоны, и почти не смотрели друга на друга, погруженные в мир Интернета.

Вроде бы никого подозрительного рядом нет. И то хорошо.

Кофейня отлично просматривалась с улицы: окна здесь были как назло большие и прозрачные, словно стекло в аквариуме, и мне стало неуютно. Постоянно возникало ощущение, будто за мной шпионят, и даже случайные взгляды, которые я ловил боковым зрением, вызывали легкий холодок под лопатками.

Я тут же мысленно себя одернул, попытавшись успокоиться.

Все хорошо. Поблизости нет никакого дубля, и никто за мной не наблюдает.

Это просто нервы. Страх. Боязнь, что дубль вновь появится и попытается меня убить.

Впрочем, если копия и правда где-то рядом, на люди она вряд ли рискнет выйти. Чтобы дубля принимали за настоящего Кирилла Образцова, он постоянно должен быть один - лишь так он может притворяться мной без риска быть разоблаченным. А вот если кто-нибудь увидит нас вдвоем, шансов победить в этой войне у меня станет ощутимо больше.

Загурский объявился, не опоздав ни на минуту. Ровно в одиннадцать открылась дверь кофейни, и на пороге показалось знакомое лицо охранника из «Дубликата». Одет он был довольно неприметно: кепка, выцветшая джинсовая куртка, джинсы, черные кроссовки.

Некоторое время Загурский топтался у стойки с кофе-машиной, а потом, взяв свой стакан с эспрессо, похромал к моему столику.

– День добрый, - сказал он, поставив стакан с кофе рядом с моим.

Приподнявшись, я молча пожал ему руку. Ладонь охранника была холодная, вспотевшая, и от него слегка тянуло потом. Загурский сел, снял кепку, вытер тыльной стороной ладони пот со лба. У охранника было интеллигентное лицо, совсем не свойственное людям его профессии. Да и внешне он был слишком суховат и мягко сложен для человека, который охраняет коммерческий объект.

– Вы извините, что мы вас так грубо выгнали вчера, - сказал Загурский слегка смущенно и почесал лысый затылок. – Но лично я не мог ничего сделать. Сами понимаете: начальство, всюду камеры, еще Артемий Робертович понаставил везде своих дублей…

Я махнул рукой и коротко кивнул, мол, продолжай.

Загурский поначалу задумчиво молчал, потом его взгляд остановился на синяках, что украшали мою шею.

– Это?..

– Да, - сказал я, коснувшись пальцами шеи. – И это еще цветочки.

И тут я выложил ему все, что со мной произошло за последние два дня, не упустив ни одной детали. Все свои попытки совладать с ожившим дублем вплоть до моего отчаянного бегства из квартиры Лени.

К моему большому изумлению, охранник ничему не удивился. Он лишь понимающе кивал, как доктор, который выслушивает жалобы от пациента и уже мысленно поставил диагноз. Даже новость об убийстве Лени его ничуть не поразила. Загурский только вскинул брови, посмотрел сочувственно и покачал головой.

При этом у него было на лице написано, что он как минимум полжизни вкалывал охранником, умственной работой особенно не занимался да и денег больших не имел. Соответственно, и дублем никогда не пользовался, а о его устройстве мог знать разве что из «Википедии».

Эта мысль еще больше меня озадачила. Я даже начал сомневаться: а нужно ли ему обо всем рассказывать? Чем мне поможет этот Загурский? Может, это Гофман подослал его, чтобы узнать подробнее о моем дубле? Может, это он во всем замешан?

Однако свой рассказ я все-таки закончил и стал ждать, что скажет Загурский.

Некоторое время охранник переваривал мою историю. Потом отпил немного кофе и заговорил, прочистив горло:

– Я начну издалека, чтоб вам было понятней. Дело было год назад. Компания Артемия Робертовича постепенно набирала обороты, продажи дублей росли, а пресса едва ли не каждый месяц приглашала моего начальника на интервью.

– Угу, - кивнул я. – О дублях тогда рассказывали чуть ли не из каждого пылесоса.