Бабушка принесла мне поднос с супом. Затем помогла принять ванну и одеться, бормоча при этом: «Какую красивую одежду Смерть тебе приготовил». Но звучало это не очень одобрительно.

Сейчас она отложила расчёску в сторону и вздохнула.

— Устала совсем.

Я обернулась к ней лицом.

— Ты плохо себя чувствуешь?

Она пригладила седые волосы, собранные в растрёпанный пучок.

— Просто плохо спала из-за переживаний. Но теперь всё хорошо, ведь ты идёшь на поправку.

Медленно.

— А ты?

— Скоро буду как огурчик.

Она отвела взгляд, или мне показалось?

— Бабушка, расскажи, как ты пережила Вспышку?

— Я лежала в старом отделении больницы с действующим бомбоубежищем. И спустилась туда, как только почувствовала что-то неладное. Я оказалась единственной, кто это сделал, поэтому была обеспечена продуктами и всем необходимым.

Все вокруг твердили, что ей не продержаться так долго, но я не теряла веры.

— Я искала тебя.

— Я знала, что будешь, поэтому и оставалась на месте. Я понимала, что сильнее моего желания вернуться в Хэйвен может быть только стремление Карен найти меня… когда она поймёт, что я была права, — тёмные глаза бабушки заблестели, — Смерть сказал, что она… умерла несколько месяцев назад.

Бабушка знает. Естественно, она бы не успокоилась, пока не выяснила мамину судьбу.

— Она раскаивалась, что не верила тебе. И постоянно себя казнила.

— Меньше всего на свете я бы хотела, чтоб она из-за этого страдала.

Я взяла её за руку, такую слабую, хрупкую.

— И ещё Хэйвен…

— Неужели дом пострадал в Нулевой День? Я была уверена, что дубы его защитят.

— Они и защитили, — те двенадцать могучих дубов отдали за нас свои жизни, — но через несколько месяцев после Вспышки я узнала о приближении армии Любовников. Я не хотела, чтобы им достался наш дом. Поэтому мы… сожгли его.

— Значит, Хэйвена… больше нет?

— Мне очень жаль.

Она помотала головой.

— Нет. Не нужно сожалеть. Насколько я слышала, Любовники в этот раз были особенно жестокими. Я бы тоже предпочла уничтожить дом, чем оставить им, — она нахмурилась, — ты сказала «мы»?

— Мы с Джеком, — даже просто произнеся вслух его имя, я почувствовала, как сжался жгут, — это парень с болот, с которым мы познакомились в школе. Он спас меня от Любовников, да и ещё много раз.

Бабушка пробежала по моему лицу проницательным взглядом.

— Ты влюблена в него?

Я кивнула.

— Но он… умер во время атаки Императора.

— Я слышала разговоры Смерти и Фауны о той схватке, — она заправила мне за ухо выбившийся локон, — Джек был человеком? Обычным парнем?

Обычным? Ни в коем случае.

— Он был выдающимся не-Арканом.

Неожиданно для себя я начала перечислять, какие храбрые и невероятные поступки он совершал. Из этого рассказа бабушка узнала о нескольких последних месяцах моей жизни и столкновениях с другими Арканами.

Конечно же, часть, в которой Арик похитил меня и мучил морально и физически, я предусмотрительно упустила.

Она снова меня обняла.

— Мне так жаль, что Джек умер. Я была бы рада видеть тебя рядом с мальчиком из Бейсена, — у неё были там друзья, которых она постоянно навещала, — вы с ним общались на кайджанском французском?

Стянуть, сдавить, выжать.

— Ему это нравилось. Спасибо, что научила.

— Ах, Эви, ты потеряла свою первую любовь. Прямо как твоя мама.

Когда мой отец пропал без вести в Бейсене, мама прочесала миллион акров болот, чтобы его найти. А я пыталась повернуть время вспять, чтобы вернуть Джека. В конце концов мама была вынуждена просто… смириться со своей утратой. Я же, пройдя жестокость битв, увидев множество смертей, а теперь и познав настоящую боль, так и не научилась смирению.

Оно оказалось за гранью моих возможностей.

— Император отобрал у меня Джека. Я должна убить его — это всё, о чём я могу сейчас думать.

Кошмары о сгорающем заживо Джеке преследуют меня постоянно. Несмотря на туман в голове, эти сны я помню очень отчётливо. Они бурлят в сознании, словно лава.

— Конечно же, ты ему отомстишь, но всему своё время. Основная игра — вот что сейчас важно. Ты отлично поработала, всех обхитрила, — теперь она улыбается, — нельзя пускать насмарку все твои труды необдуманными действиями.