Но Кварторы уже однажды обманули меня и использовали мою лояльность для собственной выгоды. Я должна действовать осторожно.

— Я приду на церемонию выбора приемника. Но на этом всё. Я не собираюсь вставать и выступать перед другими Дугами за ваше дело.

Орла задрала нос.

— А нам и не нужно твоё мнение, только присутствие.

Я одарила её явно неискренней улыбкой.

— Я так рада, что мы понимаем друг друга.

В разговор вмешался Паскаль:

— Первая ночь церемонии состоится меньше чем через две недели. Если Антон и его люди надеются вызвать Восхождение, то нанесут удар до этого события.

Люк толкнул меня в бок и попытался развеселить.

— Похоже мы проведём с тобой прекрасные часы, Мышонок.

— Часы…, - прошептала я и бросила взгляд на мои наручные часы. Было почти три часа ночи.

Люк понял мой намёк и спросил:

— Мы здесь уже закончили?

Доминик рассеяно обрисовывал символы на столе.

— Пока да.

— Хорошо.

Мы попрощались с Маргарет, и Люк выел меня из зала для встреч, провёл через освещённую свечами парадную, вниз по низким ступенькам собора и на улицу. В отличие от последнего раза, когда наша ночная прогулка вела через призрачно красивый, спокойный город, теперь улицы кишели прогуливающимися людьми, которые держали в руках большие пластиковые стаканы. Это было похоже на фестиваль «Taste of Chicago», только всё было ещё более грандиозным. Здесь было громче, оживлённее, дружелюбнее, ярче и беспорядочнее.

— А что здесь происходит? — спросила я, когда Люк взял меня за руку и увёл от праздничной толчеи.

— Карнавал, — сказал он. — Сегодня начинается Марди Гра. Безостановочно праздновать принимают уже с января, а сейчас самое ужасное время.

Группа пьяных студентов без рубашек склонилась над витиеватыми балконными перилами и выкрикивала мне непристойные высказывания и предложения, как я могла бы заработать жемчужины. Я проигнорировала их, но лицо Люка помрачнело. Он щёлкнул пальцами и пробормотал что-то, что начиналось со слов «проклятые туристы» и закончилось магией. Линии раздулись, когда он использовал их.

— Эй, детка! Покажи нам свои…

Металл в ночном воздухе вспыхнул белым светом, и студенты завизжали и завыли, отпрянули назад, дико размахивая руками. Ожоги изуродовали их голые животы там, где они прислонялись к перилам, и они забежали вовнутрь, требуя льда. Я, спотыкаясь, поспешила за Люком, который ускорил свой шаг.

— А ты разве никогда так не делаешь? — спросила я.

Люди поспешно уступали нам дорогу, а так как я не чувствовала, что Люк использует Линии, чтобы проложить нам дорогу через толпу, я предположила, что всё дело в его диком выражение лица.

— Я за то, что иногда можно напиться и вести себя так, но если не готов принять последствия, то лучше не начинать.

— Не думаю, что кто-то был готов принять такие последствия, — сказала я. — Это было немного слишком, Люк.

— Возможно теперь они подумают дважды, прежде чем сделать подобное ещё раз. Возможно даже останутся сегодня дома, вместо того, чтобы пойти в бар и приставать к каждой девушке, которой не повезло натолкнуться на них. Раз уж мы об этом заговорили: ты в порядке?

— В электричке я слышала и кое-что похуже. Я справлюсь.

Он фыркнул.

— Я знаю, что тебе хочется в это верить, но это совершенно другой мир, Мышонок.

Мы свернули в переулок, и толкотня тел уменьшилась.

Задул лёгкий ветерок, который пах цветами, вместо пота, мусора и сигарет. Я вздохнула от облегчения, разглядывая узкую улицу, по обоим сторонам которой возвышались кирпичные здания.

— Это одна из ваших, я права?

— Да. Примерно два квартала. У нас по всему городу есть небольшие гнёздышки.

Улицы, которые не появлялись на картах, анклавы Дуг, которые жили незаметно для Плоских. Люк остановился перед знакомым двором, открыл ворота и провёл меня через них.

— Мне нужно домой, — сказала я. — У меня завтра школа. Родители скоро проснутся.

— Мы можем поговорить здесь или в твоей комнате. Решать тебе.

— Здесь подойдёт.

— Я так и подумал, что ты, пожалуй, с этим согласишься.

Мы поднялись вверх по узкой лестнице. Плечи Люка были напряжены от сдерживаемого раздражения.

Как только мы оказались внутри, я подошла к стеклянным дверям и через молочные стёкла посмотрела на бурлящую толпу Французского квартала. В квартиру проникала музыка, джаз и зайдеко, соперничающие друг с другом.

— И так продолжается весь день?

— Скоро будет происходить ещё больше. Завтра утром начинается парад в жилых кварталах. К полудню каждая улица во Французском квартале превратиться в один единственный маскарадный бал.

— Дуги тоже празднуют?

— Конечно. Остальную часть года мы не слишком часто смешиваемся с населением, но во время карнавала всё по-другому, — он подошёл ко мне и встал рядом с окном. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке?