Я ничего не ответила.

— А потом ещё твой сотовый. Он постоянно звонил. В конце концов, я ответила, но кто бы это ни был, он просто повесил трубку. И принялся звонить снова. Очень странно.

Я вытащила сотовый из сумки и посмотрела, кто звонил. Дженни Ковальски. Это значит, что что-то случилось, и ей либо нужна моя помощь, либо она хотела меня предупредить. В любом случае, плохие новости. Я задавалась вопросом, были ли копы сегодня вечером в Моргане из-за меня или из-за моего отца.

— Спасибо, что принесла мне мои вещи.

Она опустилась на стул.

— Значит это снова одна из тех ситуаций, когда ты мне скажешь, что всё очень сложно, и ты не можешь мне ничего объяснить, но очень об этом сожалеешь?

Я даже не потрудилась ответить.

— Хорошо, — пробормотала она. — Но скажи одно: каждый раз, когда ты устраиваешь это представление, в нём замешан Люк. Он вернулся?

— Да.

— И вы двое вместе…

— Я не знаю.

— Значит между тобой и Колином действительно всё кончено?

Я прижала руку к животу, как будто это сможет остановить тошноту, которая каждый раз овладевала мной, когда я задавала себе этот вопрос.

— Он по-настоящему зол, Лена. И кажется, будто никогда больше не прекратит злиться. Я больше не смогу это исправить.

— Значит Люк твой парень на замену?

— Люк…

Не просто парень на замену. Даже больше, чем альтернатива. Люк был всем, чем я могла стать, всем, чего я боялась и всем о чём я мечтала в самых скрытых, тайных уголках моего сердца.

Это делало его опаснее, чем что-либо ещё в моей жизни, была ли это мафия или магия.

— Всё сложно.

Лена играла с карандашом на моём письменном столе.

— Какие у тебя неприятности, большие да?

Я толкнула сотовый и посмотрела ей в глаза.

— Очень большие.

— Ты должна позволить мне помочь тебе.

— Всё не так просто, — я не могла подвергнуть Лену опасности, исходящую от Дуг и больше не собиралась подвергать её опасности, которую представляла собой мафия. — Это слишком опасно.

— Мо. Послушай. Позволь мне помочь тебе выбраться из этого дерьма.

Её настойчивое, перекошенное от беспокойства выражение лица, покрасневшая, обычно оливкового цвета кожа, заставили меня понять, на что она намекает. Она не имела ввиду, что будет передавать сообщения или врать для меня, если я пропущу школу. Она могла предложить мне другой выход — новую личность, новое начало. Но я не смогла бы спрятаться от магии, даже если бы захотела. А я не хотела. Слишком многое стояло на карте в моих обоих мирах.

Если я уйду, то пусть это будет, потому что я к чему-то направляюсь, а не от чего-то убегаю.

— Я ценю твою помощь, но должна это пережить.

Она прикусила губу.

— Ты уверенна? Мы смогли бы сделали так, чтобы ты исчезла.

— Я больше не хочу исчезать.

— Хорошо, — сказала она спустя долгую минуту. — Тогда тебе стоит начать зубрить математику. Мы пишем завтра контрольную.

Я застонала.

— Видишь? Теперь ты жалеешь, что сказала нет, правда? — мы снова спустились вниз, и она быстро меня обняла. — Сообщи, если вдруг передумаешь, хорошо.

— Я не передумаю. Но спасибо.

После ужина я поднялась наверх и целых десять минут слушала сообщения, которые оставила Дженни. Они были почти все одинаковые — единственная разница, что в каждой следующей, слышалось всё больше паники.

— Это я. Послушай, мне только что звонил Ник. Он сказал, чтобы ты забыла про документы из Слайса. И про Моргана. Забыла обо всём.

Она без особого успеха пыталась сдерживать слёзы, а её разочарование было ясно слышно даже по голосовой почте.

— Они благодарят нас за нашу помочь, но расследование продолжиться без нашего участия, и, ах да, им очень жаль, что мой отец мёртв.

Я услышала, как она высморкалась, сделала глубокий вдох и продолжила:

— Они больше не держат нас в курсе событий, Мо. Я думаю, они собираются скоро нанести удар, и не хотят, чтобы мы были с этим связаны. Ты должна быть готова, и твой парень тоже.

Я плюхнулась на кровать, стараясь не обращать внимания на то, как моя грудь сжалась при мысли, что Колин больше не мой парень и попыталась придумать план. Полиция не охотится за Колином, я была в этом уверена.