Шрифт:
Положив Киру на средние сидения машины, я запрыгнул на водительское место и легко завёл мотор. Судя по показаниям приборов, всё было в норме, и можно было трогаться в обратный путь. Дуся забралась на задние сидения, придерживая заботливо Киру клешнёй, и скомандовала мне:
– Трогай, младший! Только сильно не гони!
– Принято, старший сержант! – отозвался я и спросил, – Я не говорил тебе сегодня «спасибо»?
– Нет не говорил!
– Потом скажу! – пообещал я, полностью сосредоточившись на вождении машины.
Глава 11 «Город призраков»
— Расскажи мне, – попросил я Киру, сидя на краю её койки в лазарете, – Терять любимых страшно?
– Терять – не страшно. Терять — невыносимо больно!
— А когда тебе было страшно?
– Когда твой близкий человек, по сути дела разорванный на части, всё ещё жив и смотрит тебе прямо в глаза, моля о помощи, либо смерти. Ты точно знаешь, что уже ничем не можешь ему помочь. Даже если прямо сейчас ты уничтожишь в бою целую роту противника — это его не спасёт от смерти. И вот тогда становится страшно смотреть ему в глаза. И лишь тогда когда они станут не живыми и «стеклянными», страх превращается в ненависть. В слепую ярость. Во что угодно, разница не велика, ибо, чем бы оно ни было, оно будет теперь выжигать тебя изнутри. Проиграет в этой битве тот, кто выгорит полностью первым.
Глаза Киры стали влажными, но я всё ещё видел в них своё отражение. Если человек начинает относиться к подобным воспоминаниям равнодушно, значит что-то в нём – сломалось. Именно то, что и делало его когда-то – человеком.
— Ты сильная! — уважительно произнёс я, — Рядом с тобой я не испытываю беспокойства!
— Моя сила теперь исходит от тебя! — Кира улыбнулась и взяла меня за руку, -- Значит, волнуешься, когда мы на расстоянии?
– Стараюсь не думать об этом.
– Получается?
– Не очень.
– Видимо, плохо стараешься!
– Раньше моим наркотиком был – адреналин. Теперь – ты.
– Звучит приятно!
– Поправляйся! – я поцеловал Киру в губы и добавил, – Мне пора идти.
– Иди, – легко ответила подруга и хитро улыбнулась, – Разве держу?
– Сколько мы ещё будем вот так друг к другу в лазареты ходить? – спросил я, поднимаясь с койки.
– Пока смерть не разлучит нас! – Кира засмеялась, – Да, иди уже!
– Дуся ждёт, – неловко оправдываясь, я направился к двери.
– Эй, младший!
– Что? – я обернулся.
– Спасибо!
– За что?
– За то, что спас меня.
– Это тебе Дусю благодарить надо! Это она под трибунал полезла, нарушая приказ!
– Передай ей мою благодарность. Я хочу, чтобы она знала об этом.
– Обязательно передам, – пообещал я и вышел из лазарета, прикрыв за собой дверь.
Ох уж мне эти чёртовы мгновения! Когда нужно развернуться и сделать шаги, удаляясь и не имея ни малейшего представления о том, будет ли следующая встреча или нет. Куда проще быть роботом и ничего не чувствовать. Хотя, что я, честно говоря, об этом знаю?
– Ну, как дела, Ромео? – поинтересовалась напарница, прогуливаясь неподалёку от блока санчасти.
– Просила передать тебе свою благодарность за спасение!
– Принято! – ответила Дуся, внимательно меня рассматривая, видимо сканируя и тут же поинтересовалась, – Что-нибудь ещё?
– От меня тоже – спасибо.
– Дождалась-таки! – в голосе напарницы чувствовался сарказм, – Как насчёт очередной экскурсии и ознакомлению с достопримечательностями забытого Богом мира?
– Положительно! – бодро ответил я, – В какую клоаку окунёмся теперь?
– О! – воскликнула напарница, – Это замечательное место! Обещаю! Тебе непременно там должно крышу окончательно снести!
– Звучит многообещающе! А как на самом деле?
– Как обычно! Всё будет гораздо интереснее, чем можно было бы себе представить! Говорят, что в этом прекрасном городе обитают духи!
– Да, ладно! Врешь, небось?
– Мне как боевому роботу, это ровным счётом по барабану! А вот у тебя непременно представиться повод пообщаться с тем, чего нет и быть не может!
– Ты хоть будешь меня в дурке-то навещать? – спросил я боевого робота с укоризною.
– Да, на кой ты мне сдался! Ты мне и сейчас-то осточертел!
– Значит, навестишь… – протянул задумчиво я и, посмотрев на напарницу, улыбнулся.
– Ну, что, младший? По магазинам и в аэропорт за билетами на ближайший рейс?
– Можно, пожалуй! Зачем лишать себя такого удовольствия?
– Дело говоришь, напарник! А знаешь, если ты помрёшь, то я по тебе скучать, наверное, стану!
– Неужели привыкла ко мне?