Один из снимков привлек его внимание. Он поднялся и подошел к стене, чтобы получше рассмотреть лицо женщины, кормящей из бутылочки голого чернокожего ребенка. Распухший живот, выпученные глаза, серый песок вокруг.

– Это Миа в Африке. В прошлом году. Её репортаж о голодающих вошел в лонг-лист Пулитцеровской премии.

Генри узнал женщину, он видел Миа в лагере Освободительной Армии. Стоит ли сказать об этом Францу?

– Что значит, Миа потерялась в джунглях, что значит забыла об осторожности?
– спросил Франц Сабрину.

– С ней это обычно случается, когда она ни о чем не думает кроме своего репортажа. Хотела уже наверняка отхватить очередную премию, придуманную богатенькими любителями читать, лёжа на диване, про чужие проблемы. Мало ей было узнать про отмывание денег через благотворительные фонды, мало про береговую охрану, что гоняет лодки с кокаином на Ямайку, а оттуда в Америку, мало знать, что Лонарди продает детей через модельное агентство.

– Модельное агентство?

– Да модельное агентство мисс Санчес, бывшей королевы красоты. Бесплатная фотосессия, бесплатное портфолио, участие в местных показах и рассылка фотографий в ведущие модельные агентства в мире. Ваш ребенок может работать на известного дизайнера, ходить по подиуму и получать тысячу долларов за день. Приходите на бесплатную фотосессию если ваш рост от метра тридцати до метра семидесяти, а возраст от восьми до семнадцати, - одной затяжкой Сабрина прикончила половину сигареты.
– Два раза в месяц детишек выгуливают на каком-то местном показе. Два раза в месяц показывают на приеме местным и заезжим педофилам. Некоторые даже оптом покупают. Скажем, по десять мальчик или девочек определенного возраста, не глядя, другие предпочитают сначала пощупать. Миа даже сходила на одну такую вечеринку.

Сабрина хмыкнула и уставилась в одну точку.

– Почему она не сообщила в полицию?

– Потому что все всё и так знают. Всех все устраивает. Бедняки сами приводят своих детей. Тех, что помладше, те, кому уже исполнилось десять прибегают сами. Все, что угодно лишь бы не подыхать от голода на улице, лишь бы была крыша над головой, лишь бы пьяные или обдолбанные родители не зарезали, не забили. Да, большинство из них умоляют, чтобы их поселили в агентстве.

– Как называется модельное агентство? И почему вы решили, что Лонарди в этом участвует?

– Миа мнит себя ебанной Мата Хари. Одного подкупить, с другим переспать. Отлизала у мисс Лумбии, чтобы она сдала ей Лонарди, потом запрыгнула к нему в постель, чтобы он познакомил ее с Нандо, лидером Освободительной Армии. Сказала, что мечтает взять у Нандо интервью, а на деле хочет узнать какова его доля в торговле кокаином и людьми. Блядь, - Сабрина уронила сигарету на пол.
– Она играет в Мата Хари, а я ебанная дура, которая таскается за ней по миру в каждую гребаную нищую страну.

Сабрина подтянула ноги на диван, будто ждала, что оброненная сигарета взорвется как бомба. Франц опустился на колени и поднять тлеющий окурок.

– Миа думала, что Лонарди идиот, что его бесконечно можно водить за нос, решила, что он ее не раскусит, - пробормотала Сабрина.
– Я думаю, он раскусил ее и сделал так, что она никогда не вернется.

Генри показалось, что на запястье у него снова веревка. Если он скажет Францу, что видел Миа в джунглях, ему придется отвечать на вопросы о Лонарди. Одновременно с этим он понял, насколько сильно ему хотелось быть честным с Францем. Проклятье, вчера ему казалось они идут на сближение, еще пару шагов и между ними не останется тайн. Сегодня эта надежда превратилась в бесполезную иллюзию. Но возможно, Генри сам виноват, сам загоняет себя в тупик, не желая говорить с Францем о Лонарди. Боится говорить о Лонарди, потому что не знает, что сказать, не знает, что думает и чувствует. Он не знает на чьей он стороне. Он сочувствует Луизе из-за того, что с ней сделал Касто. Сделал с разрешения президента. Он благодарен Луизе и Лонарди за то, что они освободили его, тупо за то, что они сняли цепь с его щиколотки. Он знает, что они замышляют что-то против президента, но не знает деталей. Одной встречи с президентом было достаточно, что бы Генри невзлюбил его. Невзлюбил, но не смог возненавидеть, потому что он был отцом Франца. А Францем Генри восхищался. Восхищался его упрямством, его желанием узнать правду, способностью пойти против отца. Да, его все в Франце волновало, с каждым днём все больше и больше. Генри хотел бы встать на сторону Франца. Но не хотел предавать Луизу.

Они вышли на улицу. Дом напротив щеголял розовыми стенами и коричневыми ставнями. Солнце поднялось над крышами и пекло в затылок. Генри крутил запястье, пока не заметил, что Франц наблюдает за ним. Тогда Генри протянул руку и обхватил запястье Франца. Ненадолго ощутил облегчение.

– Что ты будешь делать?
– спросил Генри.

Франц прищурился и осмотрелся, быстро, обеспокоенно, повернул голову налево, направо, окинул взглядом заштрихованные ставнями окна. Сел на бортик фонтана и включил телефон. Забил в поисковик мисс Санчес, королева красоты. На фотографий трехлетней давности хрупкая женщина с маленьким лицом улыбалась, поддерживая корону. На презинтации в торговом центре держала под руку Лонарди. От его ухмылки веяло угрозой. Дети с удивленными лицами в блестящей одежде, зрители с бокалами шампанского, зрители в костюмах, вечерних платьях, как на приеме во дворце. Ссылки на сайт детского модельного агентства. С его страницы на Генри смотрели фотографии загримированных и причесанных девчонок и мальчишек. Невольно он вспомнил свой опыт. Когда ему было шесть, Шеннон устроила ему съемку в рекламе кукурузных хлопьев, в одиннадцать впихнула в показ детской одежды у знакомого модельера.

– Что будешь делать?
– снова спросил Генри.

– Позвоню Рамиресу. Не думаю, что если я пойду туда и представлюсь, меня пустят на территорию, - Франц усмехнулся.
– Если то, что рассказала Сабрина правда, мой визит они воспримут как предупреждение, если в доме Санчес есть улики - фотографии, видео, счета - все будет стерто, перемещено и почищено.

Рамирес встретил их во дворике кинотеатра. Кирпичные стены, деревянные столики с вазами и солонками. От посетителя к посетителю металась, разнося блюдо дня, официантка в вьетнамках и коротких джинсовых шортах.