– Да, знаю, – подтверждаю я.

– Может, вас интересует что-то конкретное? – спрашивает он, и я задумываюсь.

– Я читала в интернете про Тони Хьюзмана, который прожил тридцать лет после пересадки сердца. Как такое возможно, если люди после подобных операций живут более десяти лет, но никак не тридцать? – вот вопрос, на который я бы действительно хотела получить ответ. Да, может он и глуп, но я была заинтересована.

– Пожалуй, на этот вопрос я не отвечу. Можно предположить, что он вёл здоровый образ жизни и следовал всем указаниям врачей. Спустя двадцать восемь лет после пересадки сердца, он был в прекрасной форме и вел активный образ жизни. Честно, я был крайне удивлён… – Молодой хирург не договорил, как я осмелилась перебить его.

– Однако природа взяла своё, наградив его раком кожи и забрав его душу, – я вздохнула. – А как думаете вы: сможет ли человек прожить больше, нежели Хьюзман?

– Почему вас это так интересует? – спрашивает Джонас

– Любопытно, – отвечаю я.

– От любопытства кошка сдохла, – слышится голос Остина, который сидел на первой парте и посмеивался со своими друзьями. Подруга, сидящая около меня, недовольно рыкнула.

Мистер Джонас подошел к Дирроу и оперся руками об парту, вглядываясь в глаза парню. Все внимательно наблюдали за этой картиной. Даже мне стало столь интересно, что сейчас скажет доктор.

– Вы всегда используете такой стиль речи? – спрашивает хирург, за которым все следили, не отрывая глаз.

– Предпочитаю, – как мне кажется, с лёгкой ухмылкой отвечает парень.

– Так вот, Остин. Если Вы определились стать хирургом, оперировать людей и вызывать у них доверие, чтобы они точно могли положиться на ваши знания и умения, вам стоит быть более вежливым, да и вообще научиться вести себя более прилично по отношению к девушкам. Относиться так, как подобает мужчине.

– Думаю, к своим будущим пациентам я буду относиться слегка по-другому.

– Слегка? – переспрашивает Джозеф. – Значит, особой разницы и не будет. Просто, хочу предупредить, что от вас все начнут убегать такими темпами.

– Не думаю.

– Допустим, молодая несовершеннолетняя девушка захочет полюбопытствовать и спросить, какой наркоз вы договорились использовать с её родителями, вы ответите: «От любопытства кошка сдохла»?

– Возможно, если эта девчонка будет сильно надоедлива, – в аудитории послышался смех нескольких парней.

– Остин Дирроу, честно говоря, если бы мы встретились четыре года назад, перед тем, как вы пошли на медицинский, я бы посоветовал поступить вам на любой другой факультет. Думаю, юридический подошел бы куда больше.

Хирург отошел от парты Остина, оставив парня размышлять, а сам вернулся в центр аудитории и направил свои серые глаза на меня. Я не ожидала такой реакции от Джозефа, но мне было приятно, что он не остался безразличным к фразе Дирроу.

– Итак, Деметрия. Вас интересовало моё мнение? – уточняет он.

– Да, – быстро и уверенно отвечаю я.

– Не могу ответить с точностью на Ваш вопрос, но мне было бы безумно интересно наблюдать за человеком, который проживёт с пересаженным сердцем более тридцати лет. Это была бы сенсация для всех докторов и для всего мира.

Как только я собиралась вставить слово, звонок прозвенел, оповещая о том, что пора бы и отдохнуть. Майли встала, а я повторила её действия. Мы быстро собрали сумки, и вышли из кабинета. Следом за нами вышла половина группы, а самым последним вышел человек, которого все с интересом слушали на паре. Наши взгляды пересеклись, и я вот-вот хотела подойти к нему, но Майли схватила меня за руку и обернула к себе. Правда, перед тем, как полностью повернуться к подруге, я увидела улыбку на лице Джозефа.

– Через двадцать минут лабораторная по химии, ты готова? – спрашивает она, а я хмурюсь и складываю руки на груди.

– Да, готова, – Отвечаю я. – Зачем ты сказала, что у меня есть вопрос, когда я была вовсе не готова? – Спрашиваю, ожидая услышать от девушки что-то разумное.

– Просто… Я видела, как вы смотрели друг на друга перед тем, как он ответил о том, как в твоём-то возрасте уже закончил университет. Мне захотелось, чтобы вы поговорили или даже поспорили, но ты сегодня была не в ударе, чтобы спорить, я так понимаю.

– Ты заметила, что последний месяц я вообще не в ударе?

– Прости, – виновато произнесла подруга.

– Так, всё, давай забудем, – говорю я и начинаю смотреть себе под ноги, но Майли отвлекает меня.

– А хирург то ничего, да? В форме, с красивыми глазами…

– Майли, – перебиваю её я. – Не начинай.

– Ах, ну ладно. Я только подбодрить хотела.

– Всё, – резко вставляю я. – Пошли на химию.

Я беру подругу за руку и веду в сторону кабинета химии, где сейчас мы встретимся со вчерашним преподавателем, который явно придумает что-то сумасшедшее и, как обычно это бывает, поставит всем заниженную оценку. Он нас слишком недооценивает.