Если бы я была… ох.

— Ох!

— Давай просто скажем, что я проводил время с Петром Чайковским исключительно не из-за его музыкального таланта.

Жар затопил моё лицо. Я не могла поверить, что предположила, будто Десмунд испытывал ко мне чувства. Боже, я была такой идиоткой. Я всегда была глупой, когда дело касалось парней, но это превзошло всё.

— Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко.

Я послала ему утешительную улыбку.

— Дело не в тебе. Я просто не могу поверить, какой иногда я бываю идиоткой.

Он покачал головой.

— Я нахожу твою наивность очаровательной.

— Это потому что ты джентльмен, — ответила я, почувствовав себя менее смущённой.

— И потому как я джентльмен, я очень рад, что не влюблён в тебя.

Я вскинула брови.

— Почему?

Он усмехнулся.

— Потому что тогда я должен был бы сражаться с Николасом Даньшовым за тебя, а мне нравится моя голова именно там, где она есть.

Глава 18

На следующий день Николас показал мне, как выполнять апперкот и прямой удар ногой. Потом он поставил меня на целый час отрабатывать удары на боксёрской груше, прежде чем переключился на изнурительную тренировку с гирями. Всё время, что мы были вместе, он полностью был сосредоточен на деле и не пытался заговорить со мной о ночи в амбаре или о чём-либо насчёт нас двоих. По существу, он почти не разговаривал, за исключением, если это не имело прямого отношения к моей тренировке. Как только наша сессия закончилось, он ушёл и в этот день я его больше не видела.

И так продолжалось вплоть до той ночи, когда я сотворила магические водовороты в своей пенистой ароматной ванне, и вспомнила, что не рассказала Николасу ни о встрече с Айне, ни об использовании своей силы на вампире в амбаре. Последнее чего мне хотелось, так это поднимать разговор о той ночи, но ведь это Николас помог мне научиться вызывать эту силу и он всё ещё был моим инструктором.

Следующим утром я подождала, пока мы отрабатывали мои удары кулаком и толчки ногами, чтобы завести об этом разговор. Я вытерла лицо полотенцем и сделала большой глоток воды, прежде чем выболтала это.

— Я вырубила вампира в амбаре.

Николас поставил на пол пару гантелей, которые он держал, и повернулся ко мне лицом. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что моим заявлением удивлён он не был.

— Тристан рассказал тебе.

— Да.

Я попыталась угадать, о чём он думал, но его тон и выражение его лица ничего не выдали.

— Почему ты ничего не сказал?

Он прислонился к стене, сложив руки на груди.

— Я посчитал, что ты сама расскажешь мне, когда будешь готова, и когда почувствуешь, что снова можешь мне доверять.

— Я никогда не переставала доверять тебе.

Я покраснела, но отказалась отводить взгляд от него, поскольку он должен был знать, что я была честна. Если я и могла кому-то доверить свою жизнь, так это Николасу. Насчёт своего сердца я не была так уверена.

— Хочешь мне рассказать, что произошло? Тристан сказал, что ты смогла почувствовать их.

Я рассказала ему всё, точно так же, как и описывала это Тристану. Глаза Николаса сверкнули сдерживаемой яростью, когда история предстала в развернутом виде, но он лишь кивнул, когда я растолковала о холоде в своей груди и как смогла уничтожить вампира. Я могла сказать, что он боролся со своим демоном за контроль. Его разгневанные вспышки всякий раз, когда я была в опасности, теперь обрели смысл. Вот чего я не понимала, так это почему связь заставляла его реагировать настолько сильно, или почему я испытывала растущую потребность подойти к нему и ослабить хмурость его бровей и жёсткую линию его рта.

Вместо этого, стиснув руки за спиной, я сосредоточилась на рассказе.

— Я попыталась вызвать силу, как мы практиковали, но она не появилась до тех пор, пока я не прикоснулась к вампиру. Затем она просто выскочила из меня, как и тогда с другими демонами. Я не понимаю, почему она обожгла его, но не обжигала тебя.

Николас одарил меня натянутой улыбкой.

— Демон-вампир всегда близок к поверхности, потому что он контролирует тело. Ты не сможешь почувствовать моего демона, пока я не подзову его ближе.

На протяжении длительного времени он пристально смотрел в окно, и его лицо предательски выдало битву, происходившую в его душе. Он хотел готовить меня, чтобы помочь мне стать достаточно сильной для самозащиты. Но в то же самое время, не хотел, чтобы я даже и близко находилась к вампиру.

К моему утешению, победила его прагматическая сторона.

— Это хорошо. Это означает, что ты имеешь внутреннюю защиту от вампиров, как минимум против молодых. Нам надо продолжить работать над этим, чтобы удостовериться в том, что она надёжна.

— Что насчёт моего радара вампиров? Мы можем куда-то сходить и испытать его?

Я знала, что он откажет, но попробовать стоило.

— Нет, не до тех пор, пока мы не потратим намного больше времени на твою подготовку. Будет ещё много времени проверить твои другие способности.

— Хорошо, — я была готова подождать, если он был готов принять тот факт, что однажды я буду сражаться с вампирами. Это был небольшой шаг вперёд для нас обоих: — Когда мы сможем поработать над моей силой снова?