— Или глупо, — я принялась за третий кусок пиццы. — Как бы то ни было, ты сама была довольно крута. Твоя работа мечом была малость впечатляющей. Я, вероятно, отсекла бы самой себе голову.

Джордан расплылась в широкой улыбке, и её лицо озарилось. Я была права в своём мнении о ней, которое сложилось у меня несколько дней назад. Она была красивой, когда не смотрела свирепо на каждого.

— Это было самое весёлое из всего, что я делала… когда-либо!

— Жаль, что ты не была со мной в Мэне два месяца назад. Ты получила бы огромное удовольствие.

Её рука с картофелем фри замерла на полпути ко рту.

— Ты, на самом деле, пережила всё то, о чём рассказывала остальным, да? — я кивнула. — Проклятье. Ты действительно видела Николаса в действии?

Я помахала куском пиццы.

— И всё-таки, что тут за всеобщее восхищение им? Ну, хорошо он владеет мечом. Делов-то.

Джордан посмотрела на меня, словно я была тупой.

— Николас более чем просто хорош, Сара. Он лучший. Он делает всё то, чтобы он ни захотел, и они позволяют ему это, поскольку он настолько чертовски хорош. Вдобавок к тому же, никто не сможет его остановить. Никто не говорит «нет» Николасу.

— Мне все об этом постоянно твердят. Не хочется разрушать твои иллюзии, но он просто мужчина, который ходит по земле, как и все остальные, — я бросила недоеденный кусок пиццы на тарелку и оттолкнула её в сторону. — Не удивительно, что он такой заносчивый с тем как все здесь его почитают.

— Ха! Слабо тебе это сказать лично ему.

Я одарила её мимолетной улыбкой.

— Будет не впервой.

Она отщипнула кусочек пепперони от моей пиццы и съела его.

— Да, ну, я поверю в это только когда увижу. Думаю…

Я почувствовала его за секунду до того, как увидела, что Джордан залилась румянцем и опустила взгляд на тарелку в столь редкой демонстрации робости. Едва ли было время на то, чтобы заметить, что в обеденном зале стало странно тихо, прежде чем стул рядом со мной был пододвинут и Николас поставил свой поднос на стол.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам, да? — спросил он, а затем сел, ещё до того, как кто-либо из нас ответил.

Я повернулась, чтобы свирепо посмотреть на него, и была ошарашена, обнаружив его серые глаза всего в нескольких дюймах от моих.

— Ты… — я запнулась и отклонилась от него, дав повод его рту изогнуться в хорошо знакомой мне самодовольной улыбке. — Дай догадаюсь, никто не захотел есть с тобой.

Он одарил меня ленивой улыбкой, заставив мой желудок совершить вещи, которые, несомненно, не должен был делать.

— Мне помнится, ты была намного милее в последний раз, когда мы вместе ужинали.

— Можно подумать у меня был выбор, — резко ответила я, вспомнив свою последнюю ночь в Нью-Гастингсе. — Вы парни не выпускали меня из виду той ночью.

— Вообще-то, я подумал о ночи, когда был шторм, и пропало электричество.

Образы той ночи — ужин сэндвичами в свете горящей свечи, посиделки у камина, наш разговор — наполнили мой разум, и в зале неожиданно стало слишком жарко. Я отвела от него взгляд.

— Люди меняются, — это всё, что я умудрилась придумать в ответ.

Я могла почувствовать взгляд Джордан на нас, пока она слушала наш обмен репликами, и мне меньше всего хотелось препираться с Николасом в присутствии зрителей. Я потянулась к своему подносу.

— Слышал, у тебя имеются некие сложности с тренировками, — его заявление заставило меня остановить руку на полпути. — Я подумал, что вполне возможно, ты хотела бы поговорить об этом.

Он знал обо мне больше, чем кто-либо здесь, но он был последним человеком, с кем я желала бы вести задушевный разговор.

— Нет, спасибо.

Николас был абсолютно невозмутим моим отклонением его предложения. Он улыбнулся Джордан.

— Джордан, верно? — она безмолвно кивнула. — Слышал, ты достаточно смертоносна с клинком.

Я наблюдала за тем, как она вновь покраснела и превратилась из дерзкого, прямолинейного будущего воина во взволнованную девушку-подростка, которая, наконец, встретилась со своим идолом.

— Так и есть, — сказала я, не будучи совсем уверенной, почему мне показалось, что я должна прийти ей на спасение. — Ты бы видел её прошлым вечером, как она ввязалась в бой с бесами-миногами. Если бы не она, мы, возможно, стали бы перекусом для демонов. Она…

Я остановилась, когда ощутила, как из Николаса исходит напряжение, и вспомнила, каким он становился всякий раз, когда я была в опасности. Ну, больше я не была его ответственностью, так что ему придётся смириться с этим.