"Или это благодатный дождь... бог признает меня избранным, а Еву невестой-девственницей, хотя в моем сне она предавалась любви и рожала детей одного за другим..."

"Все женщины ведьмы... и ходят, топая ногами, так что и земля дрожит..."

"А она дрожит..."

"Я худею, а Ева полнеет, приобретает изящество..."

"Ну вот, напали... женщины нежны и невинны, но бывают и они не сдержанны в выражении своих чувств..."

Так странники беседовали, а небеса изливали елей, пока не наступила ночь...

Историк спал, полковник размышлял, Ева молилась...

Молитва говорила богу о ее чувствах и настроении, она напоминала скорбное песнопение в тишине ночи...

В этом песнопении принимал участие и прибой, он изображал то мужской хор, то женский...

Издав вопль, по всей видимости, направленный на отражение какой-то внешней угрозы, историк очнулся, привстал, жутко глянул на полковника, на Еву, и упал ничком на ложе... пробормотав что-то о страшном суде и явлении судьи, он заснул...

Длилась ночь...

* * *

"На острове мы как в осаде... что будем делать?.. я в таком неопределенном положении оставаться не намерен..." - сказал полковник... не сдержался, икнул...

"Погода делает опасным хождение по морю..." - отозвался историк...

"Пойдем по суше..."

"Уже шли... и что?.. я думаю и все больше запутываюсь в своих мыслях... всего больше меня смущает вопрос: как мы здесь оказались?.. если это сон, а это сон, нет никакого повода сомневаться, утешимся тем, что мы проснемся рано или поздно... будем спать, подчинимся природе..."

"Я тебя не понимаю, объясни..."

"А меня не надо понимать... вся человеческая жизнь - это сон или как еще говорят, мы живем в сновидении бога... давайте спать..." - кутаясь в плащ, историк повернулся лицом к стене и изобразил спящего...

Ева начала грациозно кружиться и делать изящные жесты...

"Что ты делаешь?.."

"Не хочу спать, хочу танцевать..."

"Что это с ней?.."

"Я думаю, не обошлось без беса... он кружит ее..."

"Со мной тоже что-то происходит... у меня провалы в памяти, перед которыми я останавливаюсь в недоумении..."

"И что там на дне?.."

"Я не знаю... я испытываю ошеломление, безотчетный страх, мысли мечутся из стороны в сторону без всякого порядка...

И это отнюдь не выдуманные ощущения... мне кажется, я схожу с ума..."

"Ты думаешь?.."

"Спасения не видно... остается только ждать, но будет ли лучше?.. сомневаюсь..."

"Я тоже... все эти твои рассуждения какие-то неуместные..."

"Мне страшно..."

"Попробуй понять свои страхи..."

"Что ты предлагаешь?.."

"Надо бороться с сонливостью..."

Странники заснули...

Пришли в себя они около полудня другого дня... или ночи...

Вокруг царила тьма... выл ветер... лил дождь...

Полковник говорил с Евой о взаимоотношениях полов...

Историк слушал и краснел... он был обременен годами, но все еще раздражал себя мечтами о любви...

В 13 лет у историка была невеста... ее сослали на остров в женский монастырь и постригли из-за затаенного сластолюбия...

С тех пор историк оставался внешне холодным и как бы загадочным... женщины желали его, однако желания их оставались неудовлетворенными...

После первой встречи с Евой историк плакал... воображение рисовало ему бездну наслаждений... увы, на дне бездны его ждало болото и болотные огни, изображающие пляску бесов...

Спасение от своего беспутства историк нашел в книге, доставшейся ему от дяди, он ожидал от нее нравственной поддержки... он жил с ней, как с женой, доверял ей все тайны своего сердца...

Его жизнь стала продолжением этой книги...

Историк забылся... во сне он бормотал что-то, выкрикивал какие-то бессвязные фразы, слова, корчился, выгибал спину, озирался...

Ева недоумевала...

"Бесы его мучат... со мной такое было на войне..." - предположил полковник...

Историк вдруг вздрогнул, привстал, и упал на ложе ничком, нелепо вывернув голову...

"Эй, ты живой?.." - спросил полковник...

"Пусть спит..." - сказала Ева

Очнулся историк усталый до изнеможения, он не мог связать двух слов, но постепенно разговорился, сообщил полковнику, что он не страдал во сне, а находился в восхищении...

"О чем ты говоришь?.. ты в своем уме?.."